Всё для

Студента

Неправомерные действия как основания

Готовый Отчет По Практике Юриста , План Дипломной Работы Образец , Дипломные Работы По Информационным Технологиям

Университет Натальи Нестеровой

Юридический факультет

ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА

по дисциплине «ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО»

на тему:

НЕПРАВОМЕРНЫЕ ДЕЙСТВИЯ КАК ОСНОВАНИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ И ОБЯЗАННОСТЕЙ

Студентки 6 курса

заочного отделения

Новиковой Татьяны Васильевны

Научный руководитель –

к.ю.н.  Писчиков Вадим Анатольевич

Москва – 2005 г.

Содержание:

Введение. 3

Глава 1. Понятие и система неправомерных действий в гражданском праве. 7

1.1   Понятие неправомерности в гражданском праве. 7

1.2   Понятие и классификация неправомерных действий. 12

Глава 2. Виды неправомерных действий, порождающие гражданско-правовые отношения  14

2.1 Причинение вреда (гражданско-правовые деликты) 14

2.2 Нарушение договорных обязательств. 28

2.3 Злоупотребление правом. 35

2.4 Действия совершенные в виде сделок, признанные недействительными. 42

2.5 Действия, нарушающие исключительные права авторов произведений и владельцев патентов на изобретения, полезные модели и промышленные образцы.. 52

2.6 Действия, нарушающие исключительные права субъектов на товарные знаки и фирменные наименования. 61

Глава 3. Деление гражданских правоотношений на абсолютные и относительные как возможность установления меры гражданско-правовой защиты и ответственности  682

Заключение. 76

Список использованных источников и литературы.. 79

Введение


Основаниями возникновения гражданских правоотношений являются жизненные обстоятельства, именуемые юридическими фактами.

Юридические факты - факты реальной действительности, с которыми действующие законы и иные правовые акты связывают возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, т.е. правоотношений.

Юридические факты разнообразны и классифицируются по различным основаниям. По признаку зависимости от воли субъектов они подразделяются на действия и события.

В действиях проявляется воля субъектов - физических и юридических лиц. По признаку дозволенности законом действия бывают правомерные и неправомерные. Правомерные - это действия, соответствующие требованиям законов, иных правовых актов и принципов права[1].

Неправомерные - это действия, нарушающие предписания законов, иных правовых актов и принципов права. К числу неправомерных действий, порождающих гражданские правоотношения, можно отнести:

причинение вреда (ущерба) (так называемые деликты);

нарушения договорных обязательств;

неосновательное обогащение - приобретение или сбережение имущества за счет средств другого лица без достаточных оснований;

злоупотребление правом;

действия, совершенные в виде сделок, признанных недействительными, действия, нарушающие исключительные права авторов произведений науки, литературы, искусства и патентообладателей, и др.

В истории нашего государства при существовании государственной централизованно регулируемой экономики на формирование содержания гражданских правоотношений, опосредовавших экономические процессы, большое влияние оказывали плановые акты по распределению товаров и продукции, по определению объема, характера, количества и содержания услуг и т.п., являвшиеся разновидностью административных актов.

В условиях рыночной экономики в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей выступают качественно иные административные акты. Так, одним из основных средств упорядочения рыночных отношений является лицензирование отдельных видов предпринимательской деятельности. Выдача государственным органом или органом местного самоуправления какому-либо субъекту права лицензии означает предоставление ему права осуществлять, не выходя за границы лицензии, определенную деятельность (например, оказание платных юридических, банковских услуг и т.д.) либо совершать определенные сделки (например, внешнеэкономические по вывозу стратегически важного сырья, валютные операции, связанные с движением капитала, и т.д.).

Другой разновидностью административных актов, порождающих гражданские права и обязанности, являются акты, подобные вынесению органами государственной власти или местного самоуправления решений об изъятии земельных участков, которые не используются в соответствии с их назначением, а также подобные реквизиции имущества, при которой в случаях стихийных бедствий, аварий, эпидемий, эпизоотии и при иных обстоятельствах, носящих чрезвычайный характер, имущество в интересах общества возмездно изымается у собственника по решению государственного органа.

Стоит отметить, что не всегда акты государственных органов власти являются правомерными, основанными на законе. Зачастую незаконные решения подобного рода существенно нарушают права и интересы граждан.

         Законные интересы лиц нарушаются не только действиями публичных органов власти, но и неисполнением договорных обязательств и подобного рода неправомерными действиями.

Поэтому представляется полезным и актуальным выделить и рассмотреть систему неправомерных действий, нарушающих права и законные интересы лиц в гражданском праве.

Цель дипломной работы - комплексное системное исследование правового регулирования системы правоотношений, возникающих из неправомерных действий субъектов гражданского права в экономическо-правовых условиях современной России.

Объектом работы выступают гражданско-правовые отношения правоотношения, возникающие из неправомерных действий

Для достижения цели исследования поставлены следующие задачи:

1.   Рассмотреть понятие и систему неправомерных действий в гражданском праве.

2.   Подробно изучить виды неправоверныхных действий в гражданском праве.

3.   Разделить гражданские правоотношения на абсолютные и относительные с целью установления меры гражданско-правовой защиты и ответственности

4.   Проанализировать судебную практику.

В процессе исследования автор руководствовался диалектическим методом познания. В качестве частнонаучных использовались сравнительно-правовой, системный формально-логический методы. К методам исследования, используемым в данной работе, можно отнести также и анализ судебной практики.

Проблемы института неправомерных действий ряда отечественных ученых-правоведов. Отдельные вопросы разрабатываемой мной темы были рассмотрены в работах Веселова А.В., Гришаева С. П., Масляева А. И., Егоpова H. Д., Елисеева И. В., Сеpгеева А.П. и дp.

Исследование состоит из трех глав, введения и заключения, списка используемых нормативных актов, судебной практики и специальной литературы.

 

 Глава 1. Понятие и система неправомерных действий в гражданском праве

1.1   Понятие неправомерности в гражданском праве

Предоставляя физическим и юридическим лицам определенные субъективные права, гражданское законодательство предоставляет управомоченному субъекту также и необходимую свободу поведения, обеспечивающую превращение этих возможностей в действительность, устанавливает правовые гарантии осуществления этих прав.

Однако как само субъективное право по своему содержанию, так и та свобода, которая гарантируется законом в целях реального осуществления права управомоченным лицом, не могут быть безграничными. Всякое субъективное право, будучи мерой возможного поведения управомоченного лица, имеет определенные границы осуществления. Границы эти могут быть большими или меньшими, но они существуют всегда. Это есть неотъемлемое свойство всякого субъективного права, ибо без границ право превращается в свою противоположность—произвол, и тем самым вообще перестает быть правом.

Если осуществление права может и должно происходить в полном соответствии с правовыми предписаниями, то и границы—пределы осуществления права содержатся именно в конкретных правовых нормах, определяющих права и обязанности[2].

С точки зрения уголовного или административного права, такой подход не вызывает сомнений. Однако касательно гражданского права, основывающегося на диспозитивном методе правового регулирования, он, казалось бы, неприемлем.

Гражданское право составляют нормы, устанавливающие не только и не столько запреты, сколько дозволения; ему известна аналогия, а также правовые установления—дозволения общего характера. Согласно Гражданскому кодексу РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законодательством, а также из действий граждан и юридических лиц, хотя и не предусмотренных законом, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства, порождающих гражданские права и обязанности.

Действительно, если субъекты гражданско-правовых отношений, не регулируемых прямо нормой права, обращаются за юридической защитой своих прав и интересов, нарушаемых другими лицами, в суды, они могут рассчитывать на признание своих интересов в качестве законных, своих прав и обязанностей—в качестве юридических, и, соответственно, на признание своего права (в юридическом смысле) на определенное поведение (действие или бездействие), устранение незаконных запретов, препятствий со стороны других лиц и применения юридических санкций.

Возникают закономерные вопросы: как гарантировать гражданам полноценное осуществление их субъективных гражданских прав? Каким образом зафиксировать те пределы, за которыми осуществление своих прав становится ущемлением прав других субъектов, то есть правомерное поведение перерастает в неправомерное? Все ли дозволено, что не запрещено, все ли запрещено, что не дозволено, и могут ли иметь юридическое значение и защищаться права, осуществляемые в сфере, не охваченной дозволениями и запретами закона?

Несомненно, при установлении запретов и дозволений, прав и обязанностей субъектов, а также изменений в правовом регулировании определяющее значение имеют общие принципы, закрепленные в юридических нормах.

На основе и в соответствии с общими правовыми принципами происходит становление и развитие системы права, состоящей из отдельных отраслей, институтов, норм. Именно конкретными юридическими нормами устанавливаются дозволения, предписания и запреты, права и обязанности в соответствии с общими правовыми принципами и, таким образом, определяются границы правового поведения, права и свободы граждан. Поэтому при оценке правомерности или неправомерности поведения в процессе осуществления права надлежит руководствоваться именно нормами закона. Это одновременно означает и руководство общими принципами права[3].

При противоположном решении допускается противопоставление норм закона общим правовым принципам, игнорирование закона; принципам права придается ревизионная функция в отношении любой нормы закона; закон как мерило-масштаб поведения утрачивает свою четкую определенность, нормативность; усмотрение, интересы, воля народа, выраженные в законе, подменяются интересами, усмотрением, волей суда (или другого правоприменительного органа), который определяет и толкует общие принципы и в соответствие с этим решает дела. Все это не может способствовать укреплению законности и повышению охраны прав граждан.

Если общество, государство вправе рассчитывать на определенное поведение своих граждан и может принуждать к соответствующему поведению, то, очевидно, и каждый член общества имеет право на знание четких границ своего поведения, ясно выраженных в нормах закона в форме конкретных запретов и дозволений, прав и обязанностей.

Такая защита осуществляется, как общее правило, путем совершенствования законодательства—изменения, отмены устаревших и введения новых норм в установленном законом порядке. До принятия новых норм в целях регулирования вновь возникших отношений применяется закон, регулирующий сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии такового—общие начала гражданского законодательства (аналогия права).

Следовательно, применение при аналогии права общих начал гражданского законодательства есть также применение норм закона и в этом смысле не обосновывает формулы “дозволено не только то, что прямо разрешено законом”, ибо аналогия прямо разрешена законом. Нельзя также не принимать во внимание того, что при наличии развитой системы права случаи применения аналогии крайне редки и сравнительно непродолжительны.

История права показывает, что обычно имевшее место применение аналогии закона, в конечном счете, определило соответствующее развитие законодательства. Что же касается современного состояния отечественного гражданского права, то оно пока оставляет желать лучшего, и, следовательно, применение аналогии при осуществлении субъектами своих прав еще долго будет оставаться неотъемлемой частью юридической практики[4].

Таким образом, под неправомерностью в широком смысле следовало бы понимать такую категорию, которая подразумевает нечто, находящееся за рамками дозволенного, установленных обществом правил.

В гражданском праве под неправомерностью мы понимаем такие юридические факты, которые по своей сути нарушают субъективные права участников гражданского оборота.

Поясню сказанное:

Действие должника приобретает противоправный (неправомерный) характер, если оно либо прямо запрещено законом или иным правовым актом, либо противоречит закону или иному правовому акту, договору, односторонней сделке или иному основанию обязательства. Так, в ст. 310 ГК содержится прямой запрет на односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В ст. 1102 ГК не содержится прямого запрета на неосновательное сбережение имущества одного лица за счет имущества другого лица. Однако из смысла этой статьи видно, что такое неосновательное сбережение является противоправным. Противоправными являются и действия продавца, передавшего покупателю товары, не соответствующие по качеству условиям заключенного договора.

Для решения вопроса о противоправности действий участника гражданского оборота в соответствующих случаях привлекаются обычаи делового оборота или иные обычно предъявляемые требования. Так, если при заключении договора пожизненного содержания с иждивением стороны не оговорили, какие размеры и виды питания, ухода и необходимой помощи покупатель обязуется предоставлять продавцу до конца его жизни, то в случае спора суд будет рассматривать поведение покупателя с точки зрения не только добросовестности и разумности, но и обычно предъявляемых в данной местности требований к этим видам услуг. Это означает, что критерием неправомерности действий покупателя в данном обязательстве будут служить и обычаи делового оборота или иные обычно предъявляемые требования, на которые ориентирует ст. 309 ГК.

Неправомерность поведения нанимателя жилого помещения и членов его семьи, служащего основанием для выселения без предоставления другого жилого помещения, ввиду невозможности для других совместного проживания с ними, может быть определена в силу ст. 91 ЖК РФ только с привлечением моральных принципов нашего общества.

Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации. Обязанность действовать может вытекать из условий заключенного договора. Так, противоправным является бездействие поставщика, не осуществившего поставку товара в сроки, определенные договором поставки. Обязанность действовать может вытекать из служебного положения лица. Так, работник спасательной станции должен принять все необходимые и возможные меры по спасению утопающего. Неисполнение этой обязанности делает его поведение противоправным. Бездействие же отдыхающих на пляже граждан не носит противоправного характера, так как на них лежит лишь моральная обязанность по спасению утопающего. Обязанность совершить определенное действие может вытекать из закона. Так, в соответствии со ст. 227 ГК нашедший потерянную вещь обязан возвратить ее лицу, потерявшему ее, или собственнику вещи.

1.2   Понятие и классификация неправомерных действий

Неправомерные действия в гражданском праве — это действия, нарушающие предписания зако­нов, иных правовых актов, условия договоров или принципы права.

К числу неправомерных действий, порождающих гражданские правоотношения, можно отнести:

—  причинение вреда (ущерба) (так называемые деликты);      

—  нарушения договорных обязательств;

— действия, приведшие к неосновательному обогащению — приобретению или сбережению имущества правонарушителя за счет средств другого лица без достаточных оснований;

—  злоупотребление правом;

—  действия, совершенные в виде сделок, признанных недействительными;

—  действия, нарушающие исключительные права авторов произведе­ний науки, литературы, искусства и владельцев патентов на изобре­тения, полезные модели и промышленные образцы;

—  действия, нарушающие исключительные права субъектов на товар­ные знаки и фирменные наименования и др[5].

Неправомерные действия, влекущие гражданско-правовые по­следствия, именуются гражданскими правонарушениями. Гражданские правонарушения весьма разнообразны. Каждое из них имеет свой состав. Так, при совершении деликта необходимо установить:

а)   наличие вреда (ущерба), причиненного потерпевшему;

б)   неправомерность поведения причинителя вреда;

в)   наличие причинной связи между неправомерным поведением причинителя и наступившим вредом;

г)   вину причинителя вреда.

Для признания действия нарушающим исключительное право лица на товарный знак достаточно установления факта использова­ния товарного знака без согласия лица (правообладателя), имеющего исключительное право на него. При этом форма и способ нарушения, виновность или невиновность лица, использующего товарный знак без согласия правообладателя, значения не имеют.

Конкретные составы гражданских правонарушений описываются в нормах права, определяющих порядок и основания применения той или иной меры по защите нарушенного гражданского права.

Глава 2. Виды неправомерных действий, порождающие гражданско-правовые отношения

2.1 Причинение вреда (гражданско-правовые деликты)

Гражданско-правовые действия, сопряженные с причинением вреда, называются гражданско-правовые деликты. Основная идея, характеризующая их, содержится в п. 1 ст. 1064 ГК, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Главное, что заложено в данной норме, заключается в установлении обязанности лица, причинившего вред, возместить причиненный вред. О праве другой стороны прямо не упоминается. Но закон, безусловно, имеет в виду и право потерпевшего требовать возмещения вреда, ибо обязанность может существовать только по отношению к субъекту, имеющему право требовать ее исполнения. Следовательно, здесь налицо обязательственное правоотношение, которое можно определить следующим образом:

В силу обязательства вследствие причинения вреда лицо, причинившее вред личности или имуществу другого лица (физического или юридического), обязано возместить причиненный вред в полном объеме, а лицо потерпевшее имеет право требовать, чтобы причиненный ему вред был возмещен.

В этом обязательстве потерпевший является кредитором, а причинитель вреда - должником.

Для раскрытия юридической природы обязательства, возникающего вследствие причинения вреда, необходимо определить его соотношение с категорией ответственности. В литературе понятия "обязательства из причинения вреда" и "ответственность за причинение вреда" нередко употребляются в качестве тождественных, причем понятию "ответственность" уделяется главное место. Такая позиция получила отражение и в ГК: гл. 59 ГК названа "Обязательства вследствие причинения вреда", а первая же статья этой главы посвящена общим основаниям ответственности за причиненный вред. В дальнейшем закон употребляет главным образом понятие "ответственность", а не "обязательство"[6]. Представляется, что отмеченное употребление понятий не содержит противоречия, оно обусловлено их тесной взаимосвязью.

Ответственность по гражданскому праву представляет собой применение к правонарушителю мер принуждения - санкций, которые имеют имущественное содержание. Это относится и к договорной, и к внедоговорной ответственности. Но договорная ответственность имеет вторичный характер: она как бы сопровождает договорное обязательство и вступает в действие только в случаях его нарушения. Если же обязательство исполнялось надлежащим образом, вопрос об ответственности не возникает, ответственность не проявляет себя.

Иное дело ответственность по обязательствам из причинения вреда. Здесь обязательство возникает из факта правонарушения. С того момента, когда данное обязательство возникло, оно имеет своим содержанием ответственность, т.е. возможность применения санкции к правонарушителю. Следовательно, в данном случае ответственность не дополняет, не "сопровождает" какое-то другое обязательство (как при договорной ответственности), она составляет содержание обязанности правонарушителя в обязательстве, возникшем вследствие причинения вреда.

Правонарушитель несет ответственность за причиненный вред в форме его возмещения при наличии предусмотренных законом условий. Такую ответственность по традиции, идущей из римского права, принято называть деликтной, а обязательство, содержанием которого она является, - деликтным.

Названные категории известны законодательствам и практике большинства стран. Но некоторые зарубежные юристы считают, что деликтное право и соответствующие доктрины быстро устаревают и теряют свое значение. "В век техники эти доктрины похожи на правила управления телегой". Такой взгляд его авторы объясняют тем, что в современном обществе существенная часть перераспределения убытков перешла к системе страхования. Однако это не дает оснований для объявления "похорон деликтного права". Тенденция усиления роли страхования в перераспределении возникающих в обществе убытков, бесспорно, существует. Однако институт страхования давно используется наряду с деликтным правом, и вполне можно считать, что их сосуществование будет продолжаться еще многие столетия.

Обязательство вследствие причинения вреда, как и другие гражданско-правовые обязательства, возникает при наличии определенных юридических фактов. Юридическим фактом, с которым закон связывает возникновение данного обязательства, является факт причинения вреда, деликт.

Но обязательство вследствие причинения вреда имеет своим содержанием ответственность за причиненный вред[7]. Поэтому следует указать, что закон, определяя основание и условия возникновения деликтного обязательства, одновременно решает вопрос и о возникновении ответственности за вред. Другими словами, условия возникновения деликтного обязательства и условия ответственности за причиненный вред совпадают. Было бы необоснованным выделение таких оснований для обязательства из причинения вреда, с одной стороны, и для ответственности за вред - с другой.

Субъектами деликтного, как и любого гражданско-правового обязательства, являются должник и кредитор. Должником является лицо, обязанное возместить причиненный вред, а кредитором потерпевший.

Причинителем вреда (должником) может быть любой субъект гражданского права - гражданин (физическое лицо), юридическое лицо, а также публично-правовые образования - Российская Федерация, ее субъекты, муниципальные образования[8].

Гражданин может быть признан субъектом деликтного обязательства, ответственным за причиненный вред, при условии, что он обладает способностью нести ответственность за совершенные правонарушения – т.н. деликтоспособностью. Такое качество присуще совершеннолетним лицам и лицам, признанным полностью дееспособными по предусмотренным законом основаниям, а также несовершеннолетним, достигшим 14-летнего возраста (ст. 21, 26, 27 ГК).

К числу неделиктоспособных, т.е. не способных отвечать за причиненный вред, относятся несовершеннолетние в возрасте до 14 лет (ст. 28 ГК), лица, признанные недееспособными (ст. 29 ГК), и лица, причинившие вред в таком состоянии, когда они не могли понимать значения своих действий или руководить ими (ст. 1073, 1076, 1078 ГК).

Иногда субъектом ответственности за причинение вреда в деликтном правоотношении выступает не сам гражданин - причинитель вреда, а другое лицо. Имеется в виду, что фактически вред может быть причинен лицом, не способным нести ответственность, т.е. неделиктоспособным. Например, нередки случаи, когда вред причиняет ребенок 4-5 лет или гражданин, признанный недееспособным. Обязанность возмещения такого вреда возлагается на лиц, указанных в законе, которые и выступают субъектами в возникшем деликтном обязательстве (ст. 1073, 1076, 1078 ГК).

Юридические лица могут быть причинителями вреда - субъектами деликтной ответственности независимо от их вида - как коммерческие, так и некоммерческие организации.

Обоснование деликтной ответственности юридических лиц обычно связывалось с той или иной теорией сущности юридического лица. Например, если исходить их теории "директора", то пришлось бы признать, что внедоговорный вред причиняется действиями директора и его администрации. Такие случаи встречаются в судебной практике, но достаточно редко. Как правило, внедоговорный вред возникает в результате действий работников или участников юридического лица. Это обстоятельство было использовано сторонниками "теории коллектива" для обоснования вывода о том, что только данная теория способна дать адекватное научное обоснование деликтной ответственности юридических лиц. "Если юридическое лицо, - писал О.С.Иоффе, - это коллектив трудящихся, коллектив рабочих и служащих во главе с назначенным государством ответственным руководителем хозоргана или коллектив членов кооперативно-колхозной организации, то и действия участников этого коллектива, совершенные в связи с выполнением их трудовых функций, являются действиями самого юридического лица"[9].

В условиях рыночной экономики теория коллектива утратила свое значение. Однако положение этой теории о том, что действия работников юридического лица или его членов, совершенные ими в процессе выполнения своих трудовых или членских корпоративных функций, являются действиями самого юридического лица, сохраняет значение и нашло отражение в законодательстве.

Наряду с изложенным общим правилом ГК предусмотрел особенность ответственности за вред, причиненный хозяйственными товариществами и производственными кооперативами их участникам (членам) при осуществлении последними предпринимательской, производственной или иной деятельности товарищества или кооператива (п. 2 ст. 1068 ГК).

Причинителями вреда могут быть также публично-правовые образования. Например, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ и в других указанных в п. 1 ст. 1070 ГК случаях, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Гражданско-правовые деликты могут выражаться в виде вреда:

1. Причиненного  несовершеннолетними и недееспособными гражданами      

Несовершеннолетние в возрасте до 14 лет не отвечают за причиненный ими вред, т.е. полностью неделиктоспособны.

Необходимо отметить, что применительно к деликтной ответственности закон не разделяет малолетних на две группы - до 6 лет и от 6 до 14 лет - и признает неделиктоспособными тех и других. Однако для обоснования этого положения необходимо учитывать это разделение. Полная неделиктоспособность малолетних в возрасте от 6 до 14 лет обосновывается тем, что дети в этом возрасте имеют определенный уровень интеллектуального развития, но они все же не вполне осознают последствия своих действий и поступков в силу недостаточного жизненного опыта и незрелости воли. Что касается малолетних в возрасте до 6 лет, то они с точки зрения закона полностью лишены способности осознавать последствия своих действий. Тем не менее, с точки зрения деликтоспособности и те и другие малолетние в одинаковой степени признаются неделиктоспособными[10].

Ответственность за вред, причиненный малолетним, возлагается на его родителей (усыновителей) или опекунов либо на соответствующее учреждение - юридическое лицо, если малолетний находился в нем или был под его надзором во время причинения вреда.

 Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет наделены частичной дееспособностью, объем которой определен ст. 26 ГК и включает главным образом способность совершать сделки (сделкоспособность). Однако эти несовершеннолетние самостоятельно несут ответственность за причиненный вред на общих основаниях (п. 1 ст. 1074 ГК). Другими словами, они признаются полностью деликтоспособными, т.е. обладающими достаточной интеллектуальной зрелостью и жизненным опытом, чтобы оценивать свои поступки и отвечать за причиненный вред.

Однако несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет не всегда имеют заработок, доходы, имущество, достаточные для возмещения причиненного вреда. Чтобы обеспечить возмещение причиненного несовершеннолетним вреда и компенсировать потери потерпевшего, закон определил два фактора, которые должны быть при этом учтены.

Во-первых, необходимо принять во внимание способность несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет в полной мере оценивать свое поведение с точки зрения соответствия его требованиям закона, понимать неизбежность применения к нему ответственности, если по его вине будет причинен вред. Поэтому требование потерпевшего о возмещении вреда, причиненного несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет, должно быть предъявлено самому несовершеннолетнему, именно он будет ответчиком по такому иску в суде. Несовершеннолетний отвечает сам, на общих основаниях, при наличии общих условий деликтной ответственности, а если вред причинен с использованием источника повышенной опасности, то при наличии условий, предусмотренных ст. 1079 ГК[11].

Во-вторых, закон учитывает, что обязанности родителей (усыновителей, попечителя) по воспитанию несовершеннолетних и надзору за ними не прекращаются до достижения несовершеннолетними полной дееспособности и что в случае ненадлежащего осуществления названных обязанностей они могут быть привлечены к возмещению вреда, причиненного их ребенком, причем будут отвечать за свою вину (в плохом воспитании, надзоре и т.п.).

В соответствии с рассмотренными факторами ответственность за вред, причиненный несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет, можно возложить не только на самого несовершеннолетнего, но и на его родителей (усыновителей, попечителя), что и предусмотрено абз. 1 п. 2 ст. 1074 ГК. Эта норма предусматривает, что в случае, когда у несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет нет доходов или иного имущества, достаточных для возмещения вреда, вред должен быть возмещен полностью или в недостающей части его родителями (усыновителями) или попечителем, если они не докажут, что вред причинен не по их вине, т.е. что они осуществляли свои родительские обязанности надлежащим образом.

2. Причиненного источником повышенной опасности

Особенность ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности, состоит в том, что вины причинителя для ее возникновения не требуется - владелец источника повышенной опасности обязан возместить вред потерпевшему независимо от того, виновен он в причинении вреда или нет. В случае безвиновного возложения ответственности на владельца источника повышенной опасности субъективным основанием возложения является риск, означающий детерминированный выбор владельцем источника деятельности, не исключающей достижения нежелательного результата и осуществляемой при сознательном допущении случайного результата и возможности связанного с этим возникновения отрицательных последствий.

Правило об ответственности владельца источника повышенной опасности независимо от вины имеет исключение. Оно состоит в том, что вред, причиненный взаимодействием источников повышенной опасности, возмещается их владельцами с учетом вины каждого владельца на общих основаниях, предусмотренных ст. 1064 ГК (ч. 2 п. 3 ст. 1079 ГК).

Правоприменительная практика выработала следующие возможные варианты применения данного правила:

- вред, причиненный одному из владельцев источника повышенной опасности по вине другого, возмещается виновным;

- при наличии вины самого владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается;

- при вине обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого;

- при отсутствии вины владельцев источников повышенной опасности во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение[12].

Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, является частным случаем внедоговорной ответственности. Вместе с тем, необходимо иметь в виду, что владелец источника повышенной опасности, связанный с потерпевшим гражданином гражданско-правовым договором (например, по перевозке пассажира), обязан возместить вред, причиненный жизни или здоровью потерпевшего, в соответствии с нормами о возмещении вреда, причиненного источником повышенной опасности, независимо от того, имелась или не имелась вина в его действиях, т.е. независимо от вины (ст. 800 ГК). Независимо от вины должностного лица возмещается также вред, причиненный гражданину в результате не незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности и т.п. (ст. 1070 ГК).

 3. Причиненного в связи со смертью гражданина или повреждением его здоровья

Вред, причиненный жизни или здоровью гражданина, выражается в смерти человека либо в причинении ему травмы или увечья. Такой вред во всех случаях не может быть ни возмещен в натуре, ни компенсирован денежными средствами. Однако при этом у потерпевшего обычно возникают имущественные потери, поскольку вследствие полученных травм или увечий он временно или постоянно лишается возможности получения прежнего заработка или иного дохода, вынужден нести дополнительные расходы на лечение и т.п. В случае смерти гражданина такие потери могут понести близкие ему лица, лишающиеся в результате этого источника доходов или содержания.

Такого рода потери потерпевшего или близких ему лиц подлежат возмещению причинителями вреда в рамках деликтных обязательств. На этих же основаниях потерпевшему, кроме того, возмещается причиненный моральный вред. Поэтому причинение вреда жизни или здоровью гражданина закон рассматривает как одно из оснований возникновения деликтных обязательств[13].

Вред, причиненный жизни и здоровью гражданина, подлежит возмещению в рамках внедоговорных обязательств и в тех случаях, когда он является результатом ненадлежащего исполнения договора. Например, вред, причиненный жизни и здоровью пассажира или туриста, возмещается по правилам о деликтных обязательствах, а не об обязательствах, возникших из договора пассажирской перевозки или туристско-экскурсионного обслуживания. Это же касается и случаев причинения указанного вреда гражданину при исполнении им обязанностей военной службы, службы в милиции и других подобных обязанностей (ст. 1084 ГК).

Такой подход закона обусловлен тем, что в рамках обязательств из причинения вреда обычно устанавливается больший объем возмещения либо более льготные для потерпевшего условия его компенсации (в частности, при причинении вреда источником повышенной опасности). Иначе говоря, гражданское право преследует здесь цель максимальной защиты интересов гражданина-потерпевшего. Именно поэтому нормы о деликтных обязательствах в соответствии с правилом ст. 1084 ГК могут и не подлежать применению в случаях, когда специальным законом или договором предусмотрен более высокий размер ответственности и, соответственно, компенсации потерпевшему.

С этих позиций должен решаться и вопрос о применении такого специального закона как ФЗ «Об  обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Вред, возникший у работника в связи с профессиональным заболеванием, вызванным тяжелыми, небезопасными условиями его труда (например, пневмокониоз и силикоз у шахтеров, поражение слухового нерва у профессиональных радистов и т.п.), возмещается в порядке, предусмотренном ФЗ «Об  обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Но в любом случае, специальные законы применяются лишь тогда, когда ими установлен более высокий размер или более льготный порядок соответствующей компенсации, нежели предусмотренные общими нормами ГК о деликтных обязательствах.

Таким образом, сфера действия гражданско-правовых норм об ответственности за вред, причиненный жизни и здоровью гражданина, распространяется за рамки традиционных, внедоговорных обязательств, охватывая и договорные отношения. Сама же эта ответственность состоит в возмещении потерпевшему или его близким понесенных в связи с причинением вреда имущественных потерь (а также в компенсации сверх этого морального вреда). Условия такого возмещения определяются общими правилами об ответственности за причинение имущественного вреда[14].

4. Причиненного недостатками  товаров, работ или услуг 

По общему правилу, вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет (ст. 1095 ГК).

Вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, как и в некоторых иных случаях (например, при причинении вреда источником повышенной опасности), подлежит возмещению причинителем независимо от его вины. Основаниями освобождения причинителя вреда от ответственности в соответствии со ст. 1098 ГК являются непреодолимая сила и нарушение потерпевшим установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги, их хранения или транспортировки. При этом бремя доказывания существования таких обстоятельств возлагается на причинителя вреда.         

5. Причиненного публичной властью

Имущественный вред, причиненный публичной властью гражданину или юридическому лицу в результате ее незаконных действий или бездействия, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению за счет соответствующей казны (ст. 1069 ГК). Данное правило основано на конституционном положении о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями или бездействием органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53 Конституции РФ)[15].

В соответствии со ст. 1070 ГК подлежит возме6щению так же вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Названные случаи причинения вреда составляют особую разновидность деликтных обязательств. Главную их особенность составляет то обстоятельство, что в качестве причинителей вреда здесь выступают органы публичной власти либо обладающие властными полномочиями их должностные лица, действующие на основании и во исполнение своих властных (публичных) функций. Речь идет о действиях любых органов всех ветвей государственной власти - законодательной, исполнительной и судебной - Российской Федерации либо ее субъектов, а также об органах местного самоуправления, которые хотя и не относятся к государственным органам, но наделены законом определенными властными (публичными) функциями. К должностным лицам относятся граждане, постоянно или временно, в том числе по специальному полномочию, осуществляющие функции представителя власти (например, в области охраны общественного порядка) либо занимающие во властных органах должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных функций вне этих органов.

Все иные организации, в том числе государственные и муниципальные учреждения, не являющиеся государственными органами или органами местного самоуправления (учреждения образования, здравоохранения, науки, культуры и т.д.), и их должностные лица отвечают за причиненный ими вред по правилам ст. 1068 ГК. Это же относится и к случаям причинения вреда работниками государственных органов или органов местного самоуправления, не обладающими властными функциями вне этих органов (например, начальник охраны министерства или ведомства, завхоз управления) либо не являющимися должностными лицами (например, водитель служебного автомобиля). Поэтому в данных деликтных обязательствах понятие должностного лица уже аналогичной уголовно-правовой категории.

Поскольку названные организации (органы) и граждане (должностные лица) осуществляют функции публичной власти, они выступают от имени предоставивших им такую возможность публично-правовых образований - Российской Федерации, ее субъектов или муниципальных образований. Поэтому последние и становятся субъектами ответственности за вред, причиненный их органами или должностными лицами при осуществлении властных функций. Публично-правовые образования возмещают указанный вред за счет своего нераспределенного имущества - казны (ст. 1069, абз. 2 п. 4 ст. 214 и абз. 2 п. 3 ст. 215 ГК). В свою очередь, казну представляют непосредственно распоряжающиеся ею финансовые органы (министерства, управления или департаменты финансов), если только эта обязанность на основании п. 3 ст. 125 ГК не возложена на иного субъекта, выступающего от имени публично-правового образования (ст. 1071 ГК). Они и будут являться ответчиками по искам потерпевших[16]. Таким образом, непосредственные причинители вреда и субъекты ответственности за его причинение в рассматриваемом случае не совпадают.

Возмещению в данном случае подлежит как вред, причиненный личности и имуществу гражданина либо имуществу юридического лица (п. 1 ст. 1064 ГК), так и причиненный гражданину моральный вред (ст. 151 ГК).

2.2 Нарушение договорных обязательств

В договорных обязательствах нарушением является невыполнение или ненадлежащее выполнение стороной своих обязанностей, определенных действующим законодательством и договором.

Как правило, каждая из сторон в обязательстве имеет определенные права и обязанности, а не только права или только обязанности, таким образом, каждая сторона является должником в том, что она обязана совершить на пользу другой стороны. В то же время сторона одновременно является кредитором в том, что она имеет право требовать с должника[17]. Приведу простой пример: покупатель является кредитором относительно обязанности продавца передать товар, и должником относительно обязанности его принять и оплатить. Нарушить обязательство может не только должник, но и кредитор.

Институт ответственности за нарушение обязательств в гражданском праве приобретает все большее значение. Он содействует соблюдению договорной дисциплины, наращиванию прочных хозяйственных связей, а также развитию системы взаимного доверия сторон.

Ответственность – это, прежде всего, санкция за исполнение, либо ненадлежащее исполнение обязательств[18]. Формы ответственности могут быть различными. Основная форма - возмещение убытков.

 Ответственность в форме  возмещения убытков имеет место тогда, когда лицо, потерпевшее от гражданского правонарушения, понесло убытки. Под убытками, в соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса, понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Гражданское законодательство закрепляет принцип полного возмещения убытков. В соответствии с пунктом 1 ст.15, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Это означает, что, по общему правилу, возмещению подлежат обе части убытков - как реальный ущерб, так и упущенная выгода.

Однако, по отдельным видам обязательств и по обязательствам, связанных с определенным родом деятельности законом может быть ограничено право на полное возмещение убытков (ограниченная ответственность - статья 400 Гражданского кодекса). Как правило, это ограничение выражается в том, что возмещаются лишь убытки, представляющие собой положительный ущерб (но не упущенную выгоду). Так в соответствии со статьей 796 Гражданского кодекса перевозчик отвечает за ущерб, причиненный утратой, недостачей или повреждением груза или багажа только в размере стоимости утраченного или недостающего груза или багажа (при повреждении - в размере суммы, на которую понизилась их стоимость). Упущенная выгода возмещению не подлежит.

Как правило, взыскание убытков происходит в судебном порядке, так как сторонам зачастую трудно найти компромиссный вариант. Поэтому возмещение убытков в добровольном порядке относится к редким исключениям.

Для того, чтобы взыскать убытки в суде, необходимо доказать ряд основных моментов, к числу которых относятся:

n факт нарушения обязательства;

n размер реального ущерба;

n наличие прямой причинной связи между нарушением обязательства и возникновением убытков;

n меры и приготовления кредитора к извлечению доходов.

Для обоснования причинения убытков необходимо доказать факт нарушения обязательства. Подбор доказательств осуществляется в зависимости от нарушения должника, в частности, от характера сделки, из которой возникло обязательство. Например, если поставщик по договору поставки предоставил бракованную продукцию либо товар, не соответствующий условиям контракта, в суд необходимо представить следующие документы:

n текст договора (фиксирует обязанность по поставке товаров), включая все приложения к нему (определяют ассортимент, количество, качество поставляемого товара);

n товарно-транспортные документы (накладные, путевые листы, квитанции и т.п.) в подтверждении количества поставленного;

n акт приема-передачи, удостоверяющий характеристики поступившего товара (в том числе отдельно отражающий конкретные нарушения - недостачу, пересортицу, брак, отсутствие необходимых комплектующих и т.п.);

n по тем недостаткам, которые не могли быть выяснены при приеме продукции (например, скрытые дефекты), целесообразно либо дополнительный акт приема-передачи с участием представителей сторон, либо провести независимую экспертизу, имеющую своей целью установить размер и характер неблагоприятных последствий либо изменений в товаре.

Этот перечень не является закрытым, т.к. между участниками рынка возникают различные взаимоотношения, получающие разное правовое оформление.

Согласно статье 393 пункт 4 Гражданского кодекса при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Так, Ассоциация «ПАКТ» обратилась в Ярославский областной Арбитражный суд о взыскании с Государственной налоговой инспекции по г. Рыбинску убытков в виде неполученной выгоды. Исковые требования были, хотя и частично, но удовлетворены. В апелляционной инстанции решение суда было оставлено без изменений, однако Высший Арбитражный Суд РФ своим постановлением от 21 ноября 1995 г. №5234/95 указанные решения отменены и в иске Ассоциации «ПАКТ» отказал. В качестве оснований для отказа в иске послужило, в частности, отсутствие представленных Ассоциацией доказательств о том, что ею предпринимались необходимые меры и были сделаны соответствующие приготовления для извлечения доходов[19].

В качестве доказательств принятых кредитором мер и приготовлений могут служить: контракты на последующую перепродажу товара, договоры с третьими лицами на перевозку, хранение товара, его охрану и т.п.

При исчислении размера неполученных доходов первостепенное значение имеет определение достоверности (реальности) тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота.

В постановлении Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ  №618 подчеркивается, что размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом разумных затрат, которые должен был понести кредитор, если бы обязательство было исполнено. В частности, при определении размера неполученного дохода из-за недопоставки сырья и комплектующих изделий учитывается цена реализации готовых товаров за вычетом затрат, связанных с их производством (пункт 11 Постановления).

Одним из способов обеспечения обязательства является неустойка, но вместе с тем это и мера гражданско-правовой ответственности. Если в договор включено положение о неустойке или предусмотрена законная неустойка, то при нарушении одной из сторон и возникновении у другой стороны убытков может встать вопрос о соотношении между убытками и неустойкой, когда ставится вопрос о взыскании того и другого. Законодатель предусмотрел данную ситуацию и указал возможные способы разрешения в статье 394 ГК.

Общим правилом является зачетная неустойка, когда убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой. Законом или договором могут быть предусмотрены исключительная неустойка, когда взыскивается только неустойка, но не убытки; альтернативная неустойка, когда по выбору кредитора взыскивается либо неустойка, либо убытки; штрафная неустойка, когда убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки.

Исключительная неустойка предусмотрена в ряде случаев действующим транспортным законодательством при перевозке грузов и багажа. Альтернативная неустойка встречается в практике сравнительно редко. Штрафная неустойка - наиболее строгий вид неустойки используемой за наиболее грубые и значительные нарушения обязательств, например при некачественной поставке продукции и товаров массового потребления.

В случаях, когда за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена ограниченная ответственность, убытки, подлежащие возмещению в части, не покрытой неустойкой, либо сверх нее, либо вместо нее, могут быть взысканы до пределов, установленных таким ограничением.

Ответственность за некоторые виды правонарушений законодатель вынес в отдельные статьи. Особое место среди них занимает статья 395 ГК, посвященная вопросам ответственности за неисполнение денежного обязательства. Эта ответственность наступает в виде уплаты процентов на сумму средств, которыми должник неправомерно пользовался. Это неправомерное пользование чужими денежными средствами может иметь место в силу самых различных причин: уклонение должника от их возврата после того, как наступил срок платежа, иной просрочки в их уплате; неосновательного получения или сбережения денежных средств за счет  другого лица; иного неправомерного удержания чужих денежных средств. В Постановлении Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ № 6/8 указано, что в качестве пользования чужими денежными средствами следует рассматривать также просрочку уплаты должником денежных сумм за переданные ему товары, выполненные работы или оказанные услуги.

Порядок определения размера процентов, подлежащих уплате за пользование чужими денежными средствами, указан в данной статье. Этому же вопросу посвящен пункт 51 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ № 6/8. Но, тем не менее, толкование и применение этих положений продолжает оставаться объектом дискуссий и споров.

Верховный Суд Российской Федерации и Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в Постановлении № 6/8 придерживаются позиции начисления процентов, исходя из учетной ставки банковского процента соответственно на день предъявления иска или на день вынесения решения, то есть день фактического исполнения[20]. Вариант при котором день исполнения денежного обязательства понимается как день, когда оно должно было быть исполнено, исключается. Такой подход может не обеспечить основную задачу института ответственности и восстановления нарушенных имущественных прав. Например, должник обязан был перечислить кредитору деньги в апреле 1995 года (когда ставка рефинансирования составляла 200 процентов), а фактически сделал это только в декабре 1996 года (когда ставка рефинансирования снизилась до 48 процентов).

Итак, для принятия решения статья 395 предлагает выбирать учетную ставку на момент обращения с иском или на момент вынесения решения. При этом следует избрать ту ставку рефинансирования, которая по своему значению наиболее близка к ставкам, существовавшим в период пользования чужими денежными средствами. Если же денежное обязательство исполнено до вынесения решения, в нем указывается твердая сумма подлежащих взысканию процентов (пункт 51 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ № 6/8)[21].

С другой стороны, если обязательство не исполнено, обе ставки (и на момент предъявления иска, и на момент вынесения решения) оказываются существовавшими в период пользования чужими деньгами. Что значит в этом случае фраза «наиболее близка по значению»? Близка по календарю (к дате установления ставки) или по сроку действия?

Возникновение таких вопросов вполне закономерно. Насколько мне известно, юристы-практики предпочитают формулировать исковые требования по процентам за неправомерное пользование денежными средствами в твердой денежной сумме (расчет производится в соответствии со ставкой рефинансирования на момент предъявления иска). Тем более что теперь в соответствии с АПК РФ увеличивая размер исковых требований нужно произвести доплату государственной пошлины.

2.3 Злоупотребление правом

Пределы осуществления субъективных гражданских прав - это законодательно очерченные границы деятельности управомоченных лиц по реализации возможностей, составляющих содержание данных прав.

Осуществление субъективных прав имеет временные границы. Законодательством устанавливаются сроки, в течение которых может быть осуществлено или защищено то или иное право.

Пределы осуществления субъективных гражданских прав могут определяться правилами о недопустимости или допустимости тех или иных способов осуществления. Так, запрещается использование предпринимателями методов недобросовестной конкуренции, запрещается бесхозяйственное обращение с принадлежащим гражданину на праве собственности имуществом, имеющим значительную историческую, научную, художественную или иную культурную ценность для общества, и т.д. Эти запреты однородны с запретами, устанавливающими недопустимость нарушения формы и процедуры осуществления субъективных гражданских прав. Например, запрещается отчуждение имущества граждан, находящегося в общей долевой собственности, с нарушением права преимущественной покупки; залог недвижимости без придания залоговой сделке письменной формы и её последующей государственной регистрации и т.п.

Границы осуществления субъективных гражданских прав выражаются также в том, что управомоченным лицам предоставляются строго определенные формы и средства защиты.

Пределы осуществления гражданских прав также ограничиваются запретами использовать права для достижения социально вредных целей. Наиболее ярко это проявляется в запрете сделок, совершенных в целях, противоречащих основам правопорядка и нравственности, посягающих на публичные интересы. Например, подобное имеет место при совершении сделки по изготовлению и сбыту ядовитых наркотических веществ, боевых вооружений и т.д.

Очевидно, что главным средством установления пределов осуществления субъективных гражданских прав являются законодательные запреты на общественно вредные способы, средства и цели осуществления этих прав. Благодаря этим запретам становится ясным социальное назначение, цели того или иного субъективного гражданского права[22]. Из этого следует, что применительно к случаям, когда социальное назначение и цели осуществления субъективных прав определяются конкретными запретами, принцип осуществления гражданских прав в соответствии с их социальным назначением является не чем иным, как специфической формой принципа законности осуществления прав и исполнения обязанностей.

Злоупотребление правом есть особый тип гражданского правонарушения, совершаемого управомоченным лицом при осуществлении им принадлежащего ему права, связанный с использованием недозволенных конкретных форм в рамках дозволенного ему общего типа поведения[23].

Конкретные формы злоупотребления правом разнообразны, но их можно разделить на два вида:

а) злоупотребление правом, совершенное в форме действия, осуществленного исключительно с намерением причинить вред другому лицу (шикана)

б) злоупотребление правом, совершенное без намерения причинить вред, но объективно причиняющее вред другому лицу.

Определение шиканы, данное в п. 1 ст. 10 ГК, позволяет говорить о том, что злоупотребление правом в форме шиканы - это правонарушение, совершенное субъектом с прямым умыслом причинить вред другому лицу. Это наглядно видно из следующего примера[24].

Гражданскому праву Российской Федерации известен институт банковской гарантии. В соответствии со ст. 368 ГК в силу банковской гарантии банк, иное кредитное учреждение или страховая организация (гарант) дают по просьбе другого лица (принципала) письменное обязательство уплатить кредитору принципала (бенефициару) в соответствии с условиями даваемого гарантом обязательства денежную сумму по представлению бенефициаром письменного требования об ее уплате. Опираясь на данное положение, бенефициар обратился с иском к организации-гаранту. В гарантии предусматривалась обязанность гаранта выплатить 29 миллионов рублей при предъявлении бенефициаром требования с приложением письменного подтверждения отсутствия у принципала денежных средств для оплаты товаров в размере, определенном договором купли-продажи.

В срок, установленный в гарантии, бенефициар предъявил гаранту требование о платеже с приложением заверенной принципалом справки, подтверждающей отсутствие средств на счете принципала на день, когда оплата товара должна быть произведена. Гарант отказался от выплаты суммы по гарантии, указав, что, по имеющимся у него данным, оплата товаров бенефициару была произведена третьей организацией по просьбе принципала и, следовательно, обеспечиваемое обязательство исполнено.

Бенефициар повторно потребовал оплаты от гаранта и после отказа от платежа обратился с иском в арбитражный суд. Свои требования бенефициар основывал на положениях п. 2 ст. 376 ГК, согласно которому если гаранту до удовлетворения требования бенефициара стало известно, что основное обязательство, обеспеченное банковской гарантией, полностью или в соответствующей части уже исполнено, прекратилось по иным основаниям либо недействительно, то гарант должен немедленно сообщить об этом бенефициару и принципалу. Полученное гарантом после такого уведомления повторное требование бенефициара подлежит удовлетворению гарантом.

Рассматривая спор, арбитражный суд установил, что бенефициар, являясь кредитором в основном обязательстве, уже получил оплату за поставленный товар. Это обстоятельство подтверждалось представленными гарантом доказательствами. Факт оплаты товара за счет средств банковского кредита не отрицал и должник по основному договору (принципал).

С учетом изложенных условий арбитражный суд расценил действия бенефициара как злоупотребление правом и на основании п. 1, 2 ст. 10 ГК в иске ему отказал[25].

Особенность злоупотребления правом, совершенным без намерения причинить вред, но объективно причинившим вред другому лицу, отличается от шиканы тем, что оно совершается лицом не по прямому умыслу. Субъективная сторона подобных злоупотреблений правом может выражаться в форме косвенного умысла или неосторожности. В качестве примера можно привести следующее дело.

Известный российский писатель проживал в г. Москве и был человеком весьма высоко материально обеспеченным. В Архангельске проживал его отец, имевший дом на праве собственности. Совместно с отцом в этом доме проживали младший брат писателя - инвалид с детства, жена брата и двое их малолетних детей. При жизни отца писатель его не навещал, никакой материальной помощи не оказывал. Отец находился на иждивении младшего сына - инвалида, занимавшегося жестяным промыслом. После смерти отца (мать скончалась раньше) открылось наследство-дом. Писатель поставил вопрос о разделе наследства. Брат-инвалид на раздел не согласился, ссылаясь на то, что раздел дома в натуре невозможен, а предоставить денежную компенсацию брату он не может, так как если дом продать и деньги, вырученные от этого, поделить, то на причитающиеся ему деньги он не сможет приобрести для семьи даже самое дешевое жилье. Писатель обратился с иском в суд. Требование писателя о разделе наследственного имущества формально опирается на его субъективное право наследовать имущество, оставшееся после смерти отца. Вместе с тем реализация этого права при изложенных обстоятельствах нанесет существенный вред его брату. Следовательно, будет правомерной постановка вопроса о злоупотреблении правом на получение части наследства[26]. Однако подобный вывод может быть сделан только на основе всестороннего анализа материалов дела.

Составы злоупотребления правом, совершенные без намерения причинить вред, но объективно причиняющие вред, могут описываться в законе, тогда как состав шиканы не может быть конкретно описан в законе. Так, в законодательстве определяются конкретные составы злоупотребления хозяйствующим субъектом доминирующим положением на рынке.

Под доминирующим положением понимается исключительное положение хозяйствующего субъекта на рынке определенного товара (работ, услуг), дающее ему возможность оказывать решающее влияние на процесс конкуренции, затруднять доступ на рынок товара (работ, услуг) другим хозяйствующим субъектам или иным образом ограничивать их в хозяйственной и предпринимательской деятельности. Классическими представителями субъектов, доминирующих на рынке, являются российские акционерные общества - РАО "Газпром", РАО "ЕЭС" и им подобные. К злоупотреблениям хозяйствующим субъектом доминирующим положением на рынке относятся действия, которые имеют либо могут иметь своим результатом ограничение конкуренции и ущемление интересов других хозяйствующих субъектов, в том числе такие действия, как:

изъятие товаров из обращения, целью или результатом которого является создание или поддержание дефицита на рынке;

навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора;

включение в договор дискриминирующих условий, которые ставят контрагента в неравное положение по сравнению с другими хозяйствующими субъектами, и т.д.

Однако описание в законе составов злоупотребления правом, совершенных без намерения причинить вред, но объективно причиняющих вред другому лицу, является скорее исключением, чем правилом. В абсолютном большинстве случаев вопрос о квалификации конкретного действия в качестве злоупотребления правом, совершенным без намерения причинить вред, но объективно причиняющим вред, приходится решать на основе анализа объективных и субъективных факторов, имевших место при осуществлении права.

За совершение действий, являющихся злоупотреблением правом, могут быть установлены конкретные санкции, как это, например, сделано в антимонопольном законодательстве за случаи злоупотребления доминирующим положением на рынке. При отсутствии конкретных санкций за тот или иной вид злоупотребления правом применяется относительно определенная санкция в виде отказа в защите гражданских прав, предусмотренная п. 2 ст. 10 ГК. Она имеет конкретные формы проявления:

отказ в конкретном способе защиты;

лишение правомочий на результат, достигнутый путем недозволенного осуществления права;

лишение субъективного права в целом;

возложение обязанностей по возмещению убытков и т.д.[27].

Бесспорно, что во всех случаях применения относительно определенной санкции, предусмотренной в п. 2 ст. 10 ГК, будет иметь место высокая степень судебного усмотрения. Вместе с тем следует иметь в виду, что место для судебного усмотрения остается всегда, как бы ни была велика степень формальной определенности нормы права, ибо без этого невозможно проведение в жизнь принципов индивидуализации ответственности и справедливости.

2.4 Действия совершенные в виде сделок, признанные недействительными

Подавляющее большинство авторов уклоняется от решительного суждения о том, к какой категории юридических фактов следует отнести недействительные сделки: к сделкам или к правонарушениям.

Те авторы, которые относят недействительные сделки к правонарушениям, делают это очень робко и сопровождают свои суждения различного рода оговорками, нередко отступают на противоположные позиции (И.Б. Новицкий, Н.В. Рабинович) или не приводят для подтверждения своих выводов серьезных аргументов (Ю.К. Толстой, О.А. Красавчиков, И.С. Перетерский, М.М. Агарков).

В российском гражданском праве под термином «сделка» имеется в виду только действительная сделка, которая отвечает требованиям закона и приводит к тем правовым последствиям, на достижение которых была направлена воля ее участников (участни­ка). Недействительная же сделка, которая не соответствует требованиям закона, не является сделкой, а по своей правовой природе представляет собой правонарушение, несмотря на то, что по содержанию и форме она возникла как сделка.

Действительность сделки зависит от действительности образующих ее элементов. Поэтому недействительные сделки могут быть сгруппированы в зависимости от того, какой из элементов сделки оказался дефектным. Так, можно подразделить недействительные сделки на

сделки с пороком субъектного состава

 сделки с пороками воли

 сделки с пороками формы

 сделки с пороками содержания

 Наряду с отдельными составами недействительных сделок закон формулирует общую норму, согласно которой недействительной является любая сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов.[28] Роль такой общей нормы проявляется в случаях, когда совершается сделка, не имеющая пороков отдельных ее образующих элементов, но противоречащая по содержанию и своей направленности требованиям закона. Например, гражданин приобрел строительные материалы у неизвестного ему водителя автомобиля, однако впоследствии выяснилось, что водитель не являлся собственником этих материалов и распорядился не принадлежащим ему имуществом. С точки зрения образующих элементов сделки нарушения нет, поскольку водитель дееспособен, сделка была исполнена в момент совершения, следовательно, порока формы нет, воля была выражена четко и ясно, но с точки зрения предписаний закона такая сделка недействительна, ибо водитель не являлся собственником материалов и не был управомочен на их отчуждение. Такая сделка признается недействительной по статье 168 ГК.

Ничтожной признается сделка, недействительная с самого начала ее совершения независимо от решения суда. Так, если суд обнаружит, что сделка совершена без соблюдения нотариальной формы, предусмотренной для данного вида сделок (например дарение), то он признает ее недействительной исходя из самого факта как такового. И здесь функции суда состоят только в признании факта заключения недействительной сделки и применения в необходимых случаях к сторонам предусмотренных в законе последствий. При этом соответствующие требования в отношении ничтожной сделки может заявить любое заинтересованное лицо, и даже суд по собственной инициативе. Так, например, в Прохладненском районном суде был рассмотрен иск гражданина Н. о признании недействительной мнимой сделки.

Фабула дела такова:

Пытаясь избежать конфискации имущества, гражданин Т. оформляет договор дарения на имя своего родственника. Действительного желания передать право собственности он не имеет, ибо заинтересован в создании видимости перехода права собственности для судебных органов. Исходя из этого суд признал данную сделку недействительной по ст.170 ГК.[29]

В связи с изложенным делом надо подчеркнуть, что согласно Постановлению 6/8 Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 года "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации: «...При удовлетворении иска в мотивировочной части решения суда о признании сделки недействительной должно быть указано, что сделка является ничтожной».[30]

Ничтожная сделка недействительна в момент её совершения в силу нормы права, поэтому судебного решения о признании её недействительной не требуется. Ничтожная сделка не подлежит исполнению. На ничтожность сделки вправе ссылаться и требовать в судебном порядке применения последствий её недействительности любые заинтересованные лица.

Суд, установив при рассмотрении дела факт совершения ничтожной сделки, констатирует её недействительность и вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по собственной инициативе (п.2 ст. 166 ГК РФ). В связи с тем, что ничтожная сделка не порождает юридических последствий, она может быть признана недействительной лишь с момента её совершения. Закон предусматривает возможность в исключительных случаях (ст. 171,172 ГК РФ) признания судом ничтожной сделки действительной.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ в случае признания сделки недействительной каждая сторона должна вернуть другой стороне все полученное по сделке. Вот случай так называемой двусторонней реституции: Истец и Ответчик заключили договор строительного подряда. Истец – подрядчик выполнил свои обязательства перед Истцом, построив дом согласно проектно-сметной документации. Указанные работы были приняты и оплачены Ответчиком в соответствии с Договором. Затем Ответчику понадобилось, чтобы Истец выполнил работы по строительству второго этажа. Ответчик настаивал на выполнении работ, несмотря на то, что Истец предупредил его что надстройка второго этажа небезопасна. Доводы Истца подтвердились при проведении технической экспертизы проекта. Существенным условием договора строительного подряда является наличие согласованной сторонами проектно-сметной документации. Кроме того, проектно-сметная документация в обязательном порядке должна быть согласована с соответствующими государственными органами и органами местного самоуправления.
В данном случае, Истец не согласовал проект ни с государственными органами, ни с Ответчиком. Отсутствие согласованной проектной документации влечет недействительность договора строительного подряда.
Закон рассматривает данный договор как ничтожную сделку. Каждая из сторон в этом случае обязана вернуть другой все полученное по сделке, а в случае когда полученное по сделке выражено в выполненной работе возместить его стоимость в деньгах.

Следуя буквальному толкованию статьи 168 ГК, следует признать, что ею охватывается и дефектность элементов, образующих сделку.

Таким образом, норма, сформулированная в статье 168 ГК, фиксирует общее понятие недействительной сделки, однако при наличии специальной нормы, устанавливающей недействительность сделки в зависимости от дефектности отдельных ее элементов, применению подлежит специальная норма.

Заблуждение также способствует искаженному формированию воли участника сделки, однако, в отличие от обмана, заблуждение не является результатом умышленных, целенаправленных действий другого участника сделки. Возникновению заблуждения может способствовать недоговоренность, отсутствие должной осмотрительности, подчас самоуверенность участника сделки либо действия третьих лиц. Например, А, вложив большую часть собственных средств в акции инвестиционной компании, уговаривает то же сделать и Б., убеждая его в надежности и гарантированности вложения. Б. приобрел по совету А. привилегированные акции, цена которых упала на рынке. Обыкновенные же акции инвестиционной компании, которыми владел А., напротив, возросли в цене. Б. может утверждать, что под влиянием заблуждения, вызванного действиями А., он приобрел не те акции. Однако не всякое заблуждение может иметь значение для признания сделки недействительной, а лишь признанное судом существенным. Закон (ст. 178 ГК) определяет, какое заблуждение признается существенным: "относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению", Так, если гражданин желает приобрести письменный стол в точности такой же, как и у его соседа, а после доставки покупки к нему домой выясняется, что приобретенный им стол произведен не той фирмой и несколько отличается по оттенку, то такое заблуждение не может быть признано существенным, поскольку возможности использования письменного стола по назначению не снижаются столь значительно, как того требует закон. Наиболее часто встречается заблуждение, относительно мотивов сделки. Как уже говорилось, мотив и цель лежат за пределами сделки. Так, если вы приобрели галстук в расчете на то, что он подойдет к имеющемуся у вас костюму, а на самом деле расцветка галстука не подошла, то на самый факт приобретения права собственности на галстук это заблуждение не может повлиять. Приобретаете ли вы вещь для собственного потребления, подарка либо иной цели, продавцу это абсолютно безразлично[31]. Дальнейшее использование вещи (при условии, что она не имеет недостатков) - для сделки юридически безразлично. Законом специально подчеркнуто, что заблуждение относительно мотивов не имеет существенного значения. Следует иметь в виду, что стороны могут договориться об учете мотива, однако в этом случае сделка не признается недействительной, она расторгается по соглашению сторон. В качестве примера можно привести ст. 23 Закона о защите прав потребителей, предоставляющую потребителю право отказаться от доброкачественной вещи, которая не подошла ему по фасону, расцветке или размеру.

Оспоримой называется сделка, которая в момент её совершения порождает свойственные действительной сделке правовые последствия, но они носят неустойчивый характер, так как по требованию исчерпывающе определённого в законе круга лиц такая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным законом. В этом случае правовой результат сделки может быть полностью аннулирован, так как в силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка недействительна с момента её совершения, и решение суда по этому вопросу будет иметь обратную силу, если только из содержания оспоримой сделки не вытекает, что её действие может быть прекращено лишь на будущее время (п. 3 ст. 167 ГК РФ).

Например, Супруги Бирюковы оформили договор обмена своей 2-х комнатной квартиры на З-х комнатную квартиру Шаталовой. Договор обмена Бирюковы заключили без предварительного осмотра квартиры Шаталовой. Переехав, они обнаружили, что полученная по обмену квартира состоит из двух комнат, а третья комната, обозначенная Шаталовой как жилая, а в действительности оказалась кухней, В этой связи Бирюковы предъявили в суд иск к Шаталовой о признании договора обмена недействительным и возвращения сторон в первоначальное положение. Во встречном иске Шаталова требовала от Бирюковых возмещения ей всех убытков, которые она понесла в связи с переездом. Какое решение и почему должен вынести суд?

Совершенный между Шаталовой и Бирюковыми договор обмена был отнесен судом к числу недействительных оспоримых сделок, совершенной под влиянием заблуждения по поводу существенного условия договора[32].

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. В случае, предусмотренном в задаче заблуждение возникло по поводу качеств предмета договора (количество комнат).

Согласно ч.2 ст. 178 ГК РФ сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненного ей реального ущерба, если докажет, что заблуждение возникло по вине другой стороны. Если это не доказано, сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне по ее требованию причиненный ей реальный ущерб, даже если заблуждение возникло по обстоятельствам, не зависящим от заблуждавшейся стороны.

Из смысла п.1 ст. 166 ГК РФ вытекает, что основания недействительности сделок могут устанавливаться только Гражданским кодексом РФ. Недействительной может быть признана лишь часть сделки, если, как указано в ст. 180 ГК РФ, «можно предположить, что сделка, была бы совершена и без включения недействительной её части». Такое предположение допустимо при наличии двух условий:

А) недействительность части сделки не влияет на действительность остальных её частей (объективный критерий);

Б) стороны в момент совершения сделки были бы согласны совершить сделку без включения её недействительной части (субъективный критерий).

Ничтожная сделка, исполнение которой не начато ни одной из сторон, не порождает никаких юридических последствий. Вместе с тем, если стороны намерены начать исполнение ничтожной сделки, любое заинтересованное лицо, правам которого это может создать угрозу, вправе на основании ст. 12 ГК РФ предъявить иск о запрещении исполнения сделки как действия, создающего угрозу нарушения права.

Статьи 167-179 ГК РФ устанавливают различные правовые последствия частично или полностью исполненных недействительных сделок, дифференцируемые в зависимости от оснований недействительности.

Гражданское законодательство предусматривает, что сделка действительна при соблюдении следующих условий:

A) содержание сделки законно;

Б) участники сделки обладают дееспособностью, необходимой для вступления в сделку;

B) волеизъявление участников сделки соответствует их действительной воле.

Нарушение любого из этих условий влечёт за собой недействительность сделки, но её последствия различны. Вот их применение к трём различным группам недействительных сделок.

A) Сделка, не соответствующая требованиям законодательства, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима.

Для последствия некоторых видов недействительных сделок (ст. 169 и 179 ГК РФ) применяют иные правила

1) «односторонняя реституция», т.е. приведение в первоначальное состояние только невиновной стороны путём возвращения этой стороне исполненного ею по сделке и взыскания в доход государства полученного виновной стороной или причитавшегося этой стороне в возмещение исполненного ею по сделке.

2) Недопущение реституции, т.е. взыскание в доход государства всего полученного сторонами по сделке, а в случае исполнения сделки не всеми сторонами, причитавшегося к получению.

Б) При отсутствии у гражданина дееспособности совершённая им сделка признаётся ничтожной (ст. 171 и 172 ГК РФ). Последствием в этих случаях является «двусторонняя реституция». Кроме того, дееспособная сторона обязана возместить другой (недееспособной) стороне понесённый ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности лица (п.1 ст. 171 ГК РФ).

B) Недействительность сделки вследствие несоответствия волеизъявления участников сделки их действительной воле имеет место в следующих двух случаях: 1) при совершении сделки под влиянием неправомерных действий других лиц и 2) при наличии у сторон сделки существенного заблуждения. Эти две ситуации различны по правовому значению и влекут разные последствия. Согласно ст. 179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной или вследствие стечения тяжелых обстоятельств, вследствие которых сторона вынуждена совершить сделку на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего[33].

При признании такой сделки недействительной по одному из названных оснований потерпевшему возвращается другой стороной все полученное по сделке, при невозможности этого - уплачивается денежное возмещение, а имущество, полученное по сделке потерпевшим, или его стоимость обращаются в доход Российской Федерации.

Законом предусмотрено два состава недействительных сделок юридических лиц: сделки, выходящие за пределы специальной правоспособности юридического лица (ст. 173 ГК РФ), и сделки, совершенные органами юридического лица с превышением их полномочий (ст. 174 ГК РФ). Объединяет оба этих состава то, что их недействительность жестко связана с установлением факта, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о незаконности ее совершения. Это правило еще раз подтверждает, что законодатель стремится наделить юридическое лицо общей правоспособностью, ведь в случае незнания другим участником сделки о существующем пороке сделки, последняя не может быть признана недействительной. Следовательно, закон признает действительными сделки, совершенные с нарушением правил о правоспособности юридических лиц, если другая сторона в сделке об этом не знает.

На практике спорящие стороны не всегда правильно разграничивают случаи обмана и заблуждения, которые влекут для участников сделки различные правовые последствия. Для обмана характерно наличие преднамеренных и явно не отвечающих действительному положению действий участника сделки, заинтересованного в ее совершении, или привлеченных им к заключению сделки третьих лиц. Заблуждение же возникает вследствие недостаточной осведомленности участников сделки или неправильного понимания ее условий, перечисленных в п. 1 ст. 178 ГК РФ.

Особые правовые последствия влекут мнимые и притворные сделки.          Мнимая сделка, т.е. сделка, совершённая для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, т.е. сделка, имеющая целью прикрыть другую сделку, также ничтожна. К сделке, которую стороны имели действительно ввиду, применяются относящиеся к ней правила (ст. 170 ГК РФ).

ГК установил специальные сроки исковой давности для признания недействительными сделок и применения последствий их недействительности. При разрешении споров следует исходить из того, что сроки исковой давности, установленные частью первой ГК, применяются к искам, по которым предусмотренные ранее действовавшим законодательством сроки давности не истекли к 1 января 1995 г. (п. 11 постановления Пленумов ВС и ВАС РФ N 2/1). Отличия этих специальных сроков от общих сроков исковой давности обусловлены основаниями признания сделки недействительной.

2.5 Действия, нарушающие исключительные права авторов произведений и владельцев патентов на изобретения, полезные модели и промышленные образцы

Чтобы раскрыть понятие «нарушение права интеллектуальной собственности», нужно, прежде всего, определиться с тем, что же такое "интеллектуальная собственность", в чем состоит ее сущность, как она охраняется.

В соответствии со статьей 2 Конвенции учреждающей Всемирную организацию интеллектуальной собственности (ВОИС) интеллектуальная собственность включает права на:

· литературные, художественные и научные произведения;

· исполнительную деятельность артистов, звукозаписи, радио - телевизионные передачи;

· изобретения во всех отраслях человеческой деятельности;

· научные открытия; промышленные образцы;

· товарные знаки, знаки обслуживания, фирменные наименования и коммерческие обозначения;

· защиту против недобросовестной конкуренции, а также на все другие права, относящиеся к интеллектуальной деятельности в производственной, научной, литературной и художественной области.

Авторское право на произведение науки, литературы и искусства возникает в силу факта его создания. Для возникновения и осуществления авторского права не нужно регистрировать произведение, как-либо специально оформлять произведение или соблюдать какие-либо формальности.

Содержание авторских прав складывается из двух составляющих: личных прав автора и имущественных прав.

Автору принадлежат следующие личные неимущественные права:

·   право признаваться автором произведения (право авторства);

·   право использовать или разрешать использовать произведение под подлинным именем автора, псевдонимом либо без обозначения имени, то есть анонимно (право на имя);

·   право обнародовать или разрешать обнародовать произведение в любой форме (право на обнародование), включая право на отзыв;

·   право на защиту произведения, включая его название, от всякого искажения или иного посягательства, способного нанести ущерб чести и достоинству автора (право на защиту репутации автора).


Что касается имущественных прав авторов, то они определены ст. 16 Закона «Об авторском праве и смежных правах». Там говорится, что автору в отношении его произведения принадлежат исключительные права на использование произведения в любой форме и любым способом. Что это означает? Это значит, что автор правомочен осуществлять или разрешать осуществлять другим лицам следующие действия:

·   воспроизводить произведение (право на воспроизведение);

·   распространять экземпляры произведения любым способом: продавать, сдавать в прокат и так далее (право на распространение);

·   импортировать экземпляры произведения в целях распространения, включая экземпляры, изготовленные с разрешения обладателя исключительных авторских прав (право на импорт);

·   публично показывать произведение (право на публичный показ);

·   публично исполнять произведение (право на публичное исполнение);

·   сообщать произведение (включая показ, исполнение или передачу в эфир) для всеобщего сведения путем передачи в эфир и (или) последующей передачи в эфир (право на передачу в эфир);

·   сообщать произведение (включая показ, исполнение или передачу в эфир) для всеобщего сведения по кабелю, проводам или с помощью иных аналогичных средств (право на сообщение для всеобщего сведения по кабелю);

·   переводить произведение (право на перевод);

·   переделывать, аранжировать или другим образом перерабатывать произведение (право на переработку);

·   сообщать произведение таким образом, при котором любое лицо может иметь доступ к нему в интерактивном режиме из любого места и в любое время по своему выбору (право на доведение до всеобщего сведения).


Действия, направленные на ограничение либо нарушающие права автора могут выражаться в плагиате, присвоении прав на авторство (нарушение неимущественных прав), а также в осуществление правомочий автора, закрепленных в ст. 16 Закона об авторском праве и смежных правах, то есть использование произведения в любой форме и любым способом. Указанные действия порождают обязанность нарушителя возместить убытки или выплатить компенсацию автору в размере, установленном ст. 49 Закона.

Обладатели исключительных прав вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования произведений или объектов смежных прав либо за допущенные правонарушения в целом.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения независимо от наличия или отсутствия убытков.

Авторы и исполнители в случае нарушения их личных неимущественных прав или имущественных прав также вправе требовать от нарушителя возмещения морального вреда.

Право автора действует в течение всей жизни и еще 70 лет после его смерти.


Основным личным правом автора объекта промышленной собственности является право авторства, т.е. основанная на законе и факте выдачи патента (свидетельства) возможность признаваться создателем данного объекта. Она предполагает запрет всем другим лицам на территории страны именоваться авторами изобретения, полезной модели или промышленного образца. Право авторства является неотчуждаемым личным правом и охраняется бессрочно.

На мой взгляд, главным является изобретение, т.е. такое техническое решение, которое обладает мировой новизной, изобретательским уровнем (неочевидностью) и должно быть осуществимо промышленным путем. Такое значение изобретения определяется следующими обстоятельствами.
 Во-первых, именно изобретения составляют в настоящее время наибольшую часть среди всех других объектов промышленной собственности, - именно на них  приходится самая большая доля выдаваемых охранных документов (патентов). Поэтому изобретения и сделки, связанные с ними, составляют на современном рынке наибольшую долю по сравнению со всеми другими коммерческими операциями, относящимися ко всем прочим объектам промышленной собственности, даже вместе взятым.
 Во-вторых, при нарушении патентов на изобретения, санкции за подобного рода неправомерные действия (если они, конечно, будут обнаружены патентовладельцем) обычно многократно превышают подобные санкции за нарушения охранных документов на все другие виды промышленной собственности. При этом доказать такие нарушения не так уж сложно, поскольку товар поступает в свободную продажу и доступен конкуренту для подробного и пристального изучения и сопоставления со своим аналогичным товаром того же назначения.
 В-третьих, только с помощью патентов на изобретения можно получить надежную защиту новых и новейших технологий от конкурентов. А ведь хорошо известно, что современный рынок в производственной сфере во многом является именно рынком новых технологий.

Это подтверждают и материалы судебной практики.

ООО "Предприятие Мастер Бетон" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к ЗАО "Биотех-Д" о запрете использования изобретения путем изготовления, предложения к продаже и продажи комплексной минерально - химической добавки "КМХ".

Решением Арбитражного суда г. Москвы исковые требования удовлетворены на основании ст. ст. 10, 31 Патентного закона РФ.

Постановлением апелляционной инстанции Арбитражного суда г. Москвы решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе на решение и постановление апелляционной инстанции Арбитражного суда г. Москвы ответчик просил указанные судебные акты отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм процессуального и материального (ст. 12 Патентного закона РФ) права, и передать дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и представленного на нее отзыва, заслушав представителей истца и ответчика, кассационная инстанция не нашла оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Удовлетворяя исковые требования о запрете ответчику использовать запатентованное изобретение истца, суд руководствовался ст. 10 Патентного закона РФ, согласно которой признается нарушением исключительных прав использование запатентованного изобретения без разрешения патентовладельца. Факт использования запатентованного продукта истца ответчиком был подтвержден экспертным заключением.

Доводы ответчика о наличии у него права преждепользования, предусмотренного ст. 12 Патентного закона РФ, были признаны судом несостоятельными, поскольку ответчиком документально не был подтвержден факт и объем добросовестного использования изобретения до его патентования истцом и, как установил суд и подтверждено материалами дела, никаких документов, свидетельствующих о добросовестном использовании ответчиком созданного независимо от его автора тождественного решения или осуществления необходимых к этому приготовлений, как это установлено ст. 10 Патентного закона РФ, ответчиком не представлено.

Кассационная инстанция не усмотрела нарушений применения норм материального и процессуального права, допущенных судом при принятии обжалуемых судебных актов и могущих служить основанием для их отмены.

Доводы кассационной жалобы были отклонены.

Федеральный арбитражный суд Московского округа постановил

решение и постановление апелляционной инстанции Арбитражного суда г. Москвы оставить без изменения, а кассационную жалобу ЗАО "Биотех-Д" - без удовлетворения.



 К полезным моделям относятся только конструктивные выполнения средств производства и предметов потребления, а также их составных частей, т.е. в качестве полезной модели получают правовую охрану только устройства (изделия). Полезной модели предоставляется правовая охрана, если она является новой и промышленно применимой. Получить свидетельство на полезную модель значительно легче и дешевле, чем патент на изобретение, но, к сожалению, ни способы (технологии), ни вещества, как полезные модели защитить нельзя. Охранный документ на полезную модель в России называется "свидетельство", однако, никакой разницы между свидетельством и патентом фактически нет. Об этом говорит статья 3 Патентного закона РФ, в которой после перечисления видов охранных документов - патент на изобретение и промышленный образец, свидетельство на полезную модель - указано, что далее все эти документы в тексте Закона будут называться патентами. Тем не менее, есть разница в порядке получения этих патентов. Если на изобретение и промышленный образец патент выдается после серьезной экспертизы по существу заявленного объекта, то на полезную модель свидетельство выдается после предварительной экспертизы, которая заключается в проверке правильности оформления всех документов (т.е. выдается, как принято говорить, явочным порядком). Именно в этом и заключается сравнительная легкость получения охранного документа на полезную модель.

 Промышленные образцы защищаются в большинстве стран мира, в нашей стране - с 1 июля 1965 года. Изделия, как бытовые, так и производственно-технического назначения, внешний вид которых защищен патентом на промышленный образец, сегодня весьма конкурентоспособны как на внутреннем, так и на внешнем рынке. Это связано с тем, что любому потребителю прежде всего в глаза бросаются внешний вид и оформление изделия. Эти впечатления, так или иначе, влияют на дальнейшую оценку товара и желание его приобрести. Промышленный образец - это художественно-конструкторское (а не техническое, как изобретение) решение изделия, определяющее его внешний вид. Это решение должно быть новым, оригинальным, промышленно применимым. Конечно, важнейшим здесь является его соответствие современным требованиям технической эстетики, а они, как известно, довольно часто меняются и развиваются, являясь своего рода технической модой.

Принадлежащее патентообладателю исключительное право на использование объекта промышленной собственности выражается в том, что он вправе применять объект по своему усмотрению, если это не нарушает прав других патентообладателей. Патентообладатель вправе запретить использование указанных объектов другим лицам, кроме случаев, когда использование согласно закону не является нарушением прав патентообладателя, в частности когда имело место преждепользование.

В указанных случаях по требованию патентообладателя нарушение патента должно быть прекращено, а виновное в нарушении лицо обязано возместить патентообладателю причиненные убытки в соответствии с гражданским законодательством. Кроме того, в целях защиты своей деловой репутации, патентообладатель вправе требовать публикации решения суда, вынесенного по иску о нарушении патентных прав.

Требования к нарушителю патента могут быть заявлены также обладателем исключительной лицензии, если иное не предусмотрено лицензионным договором.

Имущественные права патентообладателей защищаются в рамках трехлетнего общего срока исковой давности (ст. 196 ГК), если законом не будут установлены специальные сроки. Личное неимущественное право авторства защищается без ограничения исковой давностью[34].

Приведу пример из судебной практики.

В 2003 году в Хорошевском суде г. Москвы было рассмотрено дело по иску наследников Юлиана Семенова, умершего в 2002 году к издательской фирме «Эксмо». Фирма, не поставив в известие родственников писателя, издала совместно с издательством ДЭМ несколько произведений автора. Не дожидаясь скандала, ДЭМ расплатилось с наследниками, а издательство «Эксмо» отказалось урегулировать спор без суда. После начала судебного разбирательства по просьбе истцов наложил арест на счета «Эксмо». Вскоре «Эксмо» признав справедливость претензий, выплатило наследникам с 8000 долларов США в качестве авторского гонорара. Однако они продолжали настаивать на выплате неустойки за несвоевременную оплату гонорара и компенсации морального вреда. В итоге Хорошевсккий нарсуд согласился с требованием истцов и обязал «Эксмо» выплатить истцам неустойку в размере 30 млн. руб., а также 4 млн. в качестве компенсации морального вреда[35].

2.6 Действия, нарушающие исключительные права субъектов на товарные знаки и фирменные наименования

 Большое значение для обеспечения конкурентоспособности товаров имеют так называемые фирменные наименования, к которым относятся уже введенные в коммерческий оборот и устоявшиеся наименования фирм, организаций или предприятий. Использование чужого фирменного наименования считается достаточно серьезным нарушением прав промышленной собственности и обычно влечет за собой применение тех или иных санкций. Например, один из наших часовых заводов выпустил женские наручные часы с названием "Эра", но как только они попали во Францию, фирма этой страны с названием "Эра" потребовала изъять их из продажи. Нам пришлось немедленно вывезти из Франции всю партию этих часов, переименовать их в "Славу", заказать во Франции новые циферблаты и т.д., что стоило больших денег. Хорошо, что фирма не потребовала еще и компенсацию, так как реальной продажи не было.
 Нужно иметь в виду, что согласно статье 8 Парижской конвенции по охране промышленной собственности, на фирменное наименование не нужно подавать заявку. Просто при регистрации новой фирмы необходимо выяснить, не использует ли какая-либо из уже существующих фирм такое же наименование.

Защита права на фирменное наименование  выражается в реализации  предусмотренных законом мер, с помощью которых фирмообладатель  может обеспечить восстановление своих нарушенных прав, пресечь их нарушение и применить к нарушителю иные санкции.

Указанные меры содержаться в различных актах действующего законодательства, в частности в ГК РФ, Законе РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», Положение о фирме 1927г. и др.

Юридическое лицо, зарегистрировавшее свое фирменное наименование, приобретает исключительное право его использования. Лицо, неправомерно применяющее чужое зарегистрированное фирменное наименование, по требованию обладателя права на это наименование обязано прекратить его использование и возместить причиненные убытки (п. 4 ст. 54 ГК).

Среди способов защиты права на фирменное наименование предусмотренных ГК РФ, могут быть применены  требования о:

1)признании права на фирменное наименование;

2) восстановлении положения, существовавшего до нарушения права на фирменное наименование, и пресечении действий, нарушающих данное право или создающих угрозу его нарушения;

3) признании недействительным акта государственного органа, в частности по регистрации товарного знака, в котором незаконно использованы фирменное наименование или его часть;

4) возмещение причиненных убытков.

Выбор конкретного способа защиты из числа  возможных предоставляется самому потерпевшему, однако обычно он предопределен характером совершенного правонарушения.

Защита фирменного наименования может осуществляться без обращения к государственным или иным компетентным органам, а осуществляться в пределах норм права и деловых обычаев. Это могут быть письменные обращения к лицу, нарушающему исключительное право на фирменное наименование, переговоры представителей обеих сторон, а также официальные публичные заявления законного правообладателя с целью отграничения от конкретного юридического лица – правонарушителя с тождественным или сходным юридическим наименованием.

Фирменное наименование можно защитить и в так называемой юрисдикционной форме – ее суть выражается в том, что лицо, права и законные интересы которого  нарушены обращается  за защитой  к государственным или иным компетентным органам, которые уполномочены принять необходимые меры для восстановления нарушенного права и пресечения правонарушения.

По общему правилу защита права на фирменное наименование осуществляется  в судебном порядке. В качестве средства судебной защиты  права на фирменное наименование выступает иск, т.е. обращенное  к суду требование об отправлении правосудия, с одной стороны, и обращенное к ответчику материально-правовое требование о прекращении нарушения права и восстановлении сферы потерпевшего, с другой стороны. Судебный, или исковой, порядок защиты права на фирму применяется во всех случаях, кроме, тех, которые прямо указаны в законе.

Субъект права на фирменное наименование может осуществить защиту своего нарушенного права и в административном порядке. Это может быть обращение в антимонопольный орган с заявлением. В соответствии со ст. 27 Закона РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных ранках» фирмообладатель, считающий, что его исключительное право  на фирменное наименование нарушено, вправе обратиться в федеральный антимонопольный орган с просьбой о принятии мер по защите  его нарушенного права. Антимонопольный орган устанавливает факт нарушения прав фирмовладельца и выдает нарушителю предписание о прекращении нарушения, устранении его последствий и восстановлении первоначального положения. Указанное предписание является обязательным для исполнения в установленный в нем срок. В случае неисполнения предписания выдавший его орган вправе  обратиться в арбитражный суд с заявлением о получении соответствующего решения суда. Кроме того, он может наложить на нарушителя штраф, который взыскивается в безакцептном порядке в 30-дневный срок со дня вынесения решения о его взыскании. К соответствующей административной ответственности в виде штрафа может быть привлечен и руководитель организации, уклоняющийся от выполнения предписания. Например, ООО «Галерея вин – Нева» обратилось в МАП  с заявлением на несанкционированное использование ООО «Паккард» части фирменного наименования «Галерея вин» - в названии своего магазина. МАП было принято решение  в пользу истца и выдано нарушителю предписание о прекращении нарушения.  ООО «Паккард» эти решение и предписание были обжалованы в Арбитражном суде. Решением первой инстанции  Арбитражного суда, а также постановлением Апелляционной инстанции того же суда указанное Решение МАП было оставлено без изменений.

Действиями, нарушающими право на фирменное наименование могут являться:

·   Несанкционированное использование третьими лицами фирменного наименования, тождественного или сходного до степени смешения с фирменным наименованием правообладателя.

·   Использование фирменного наименования юридического лица в товарном знаке, зарегистрированном на другое лицо. 

·   Искажение третьими лицами истинного фирменного наименования.

Если в результате любого из указанных видов нарушений права на фирменное наименование правообладателю были причинены убытки, в том числе и упущенная выгода, то он имеет право на их возмещение в полном объеме, при условии, что ему удастся доказать наличие причинно-следственной связи между незаконным  использованием фирменного наименования и возникшими у фирмообладателя убытками. После внесения изменений в Закон РФ о товарных знаках, в частности, в ст.46 о возможности требования с правонарушителя выплаты денежной компенсации в размере от 1 тысячи до 50 тысяч МРОТ, появилась возможность применения соответствующей нормы «по аналогии» и в отношении нарушений прав на фирменное наименование.


Как известно, товарный знак служит для того, чтобы отличить товар одного производителя от аналогичных товаров других производителей, а знак обслуживания - чтобы отличить услуги одного предприятия от таких же услуг, оказываемых другими предприятиями. Охраняются они во всем мире свидетельствами, дающими право их владельцу применять свой знак и запрещать это делать всем своим конкурентам. И хотя свидетельства выдаются на определенный срок (чаще всего на 10 лет), их можно продлевать сколько угодно раз, т.е. практически знак может охраняться бессрочно.

Предприниматели строго следят за своими знаками и преследуют их нарушителей, а суды обычно применяют достаточно жесткие санкции. При этом не обязательно точное совпадение знаков, - достаточно совпадения, как говорят, их мотивов. Например, на одном из проходивших в России процессов по таким делам, Мосгорсуд признал нарушением зарегистрированного знака "Агфа Вольфен" применение знака "Агфа Верке", усмотрев сходство мотивов обоих знаков - слово "Агфа".

С другой стороны, хочется привести «обратный» пример из собственной практики. Наша фирма подала заявку на регистрацию словесного товарного знака «Египетский фараон». По результатам экспертизы было вынесено решение об отказе в регистрации по мотиву сходности до степени смешения с уже зарегистрированным товарным знаком «Фараон» в отношении того же перечня товаров и услуг. Нами было подано возражение в Апелляционную палату Роспатента, в котором мы, в частности, ссылались на то, что словесный элемент «фараон», несмотря на свое звуковое (фонетическое) сходство с зарегистрированным товарным знаком «Фараон» в заявленном нами на регистрацию обозначении не является сильным элементом; что коллизионные знаки являются несходными по семантическому (смысловому) фактору, т.к. слово «фараон» имеет несколько значений (полицейский, вид карточной игры, титул царя); что обозначения состоят из разного количества слогов, включают в свой состав различное количество гласных и в них отсутствует близость состава гласных и согласных. С точки зрения обычного потребителя налицо сходство мотивов указанных словесных товарных знаков, однако мы получили свидетельство на товарный знак и на законных основаниях размещаем его на своей продукции.

За незаконное использование товарного знака или наименования места происхождения товара установлена гражданская и уголовная ответственность. Меры ответственности применяются к лицам, которые в нарушение закона используют как зарегистрированный товарный знак или наименование, так и сходное с ними обозначение для однородных товаров.

Нарушение может выражаться, например, в изготовлении, применении, ввозе, предложении к продаже, продаже, ином введении в хозяйственный оборот или хранении с этой целью товарного знака либо обозначенного им товара. Как нарушение прав владельца товарного знака квалифицируется также несанкционированное применение в тех же формах в отношении однородных товаров обозначения, сходного с зарегистрированным товарным знаком до степени смешения.

Владелец свидетельства на товарный знак вправе потребовать по суду от нарушителя его прав прекращения нарушения и возмещения причиненных убытков. Другими формами воздействия на нарушителя могут служить публикация судебного решения в целях восстановления деловой репутации потерпевшего, а также удаление с товара и его упаковки незаконно помещенного товарного знака или обозначения, сходного с ним до степени смешения, либо уничтожение изготовленных изображений товарного знака или сходного обозначения[36].


Об исключительности права на фирменное наименование свидетельствует ст. 138 ГК РФ. Она же указывает на исключительность прав на товарный знак. Это положение развивается п. 1 ст. 4 закона Российской федерации «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров». Согласно с этой нормой владелец товарного знака имеет исключительное право пользоваться и распоряжаться товарным знаком, а также запрещать его использование другим лицам.
         Таким образом, очевиден исключительный характер прав на фирменное наименование и товарный знак. Кроме того, и у одного, и у другого права — абсолютный характер: правомочие запрета действует в отношении неограниченного круга лиц.

Глава 3. Деление гражданских правоотношений на абсолютные и относительные как возможность установления меры гражданско-правовой защиты и ответственности

Классификация гражданских правоотношений преследует не толь­ко теоретические, но и практические цели, заключающиеся в правиль­ном уяснении прав и обязанностей сторон, определении круга право­вых норм, подлежащих применению в процессе возникновения, реализации и прекращения правоотношения.

По особенностям характера взаимосвязи управомоченного и обя­занного субъектов различаются абсолютные и относительные пра­воотношения. По особенностям объекта разделяются правоотно­шения имущественного и неимущественного характера. По способу удовлетворения интересов управомоченного лица разграничиваются вещные и обязательственные правоотношения. Можно также выде­лить правоотношения, элементом содержания которых являются нетипичные для гражданского права корпоративные и преиму­щественные права[37].

В зависимости от структуры межсубъектной связи все гражданские правоотношения делятся на относительные и абсолютные.

Абсолютными называются такие правоотношения, в которых управомоченному лицу противостоит неопределенный круг обязанных субъектов. Например, правоотношения, имеющие место между собст­венником и всеми третьими лицами; между обладателем исклю­чительных прав на произведения науки, литературы и искусства и иные результаты интеллектуальной деятельности и всеми третьими лицами. В этих правоотношениях праву собственника, праву автора на результат интеллектуальной деятельности корреспондируют обя­занности неопределенного круга лиц не нарушать данные права. Поэтому эти права абсолютны со стороны управомоченных лиц, а обязанности, коррелирующие им, являются общерегулятивными и принадлежащими каждому правосубъектному лицу. Вместе с тем абсолютному праву коррелируют и обязанности самого управо­моченного субъекта, вытекающие из запретов, устанавливающих пределы осуществления данного права.

Относительными называются гражданские правоотношения, в ко­торых управомоченному лицу (лицам) противостоит строго опреде­ленное обязанное лицо (лица)[38]. Круг относительных гражданских правоотношений весьма широк. Он включает в себя обязатель­ственные правоотношения, в том числе правоотношения по передаче в пользование произведений, изобретений; правоотношения по реализации мер гражданско-правовой защиты и т.п. В таких право­отношениях обе стороны строго определены. Их права и обязанности взаимно корреспондируют, то есть каждая сторона правоотношения имеет права и обязанности строго относительно друг друга. Поэтому они и именуются относительными правоотношениями.

Для относительных отношений характерна сложная, системная структура содержания. Ядро содержания относительных правоот­ношений составляют основные права и обязанности сторон. Но вместе с ними в их содержание входят права и обязанности сторон, опреде­ляющие порядок осуществления основных прав и исполнения основ­ных обязанностей сторон.

В относительных правоотношениях управомоченному лицу противостоят как обязанные строго определенные лица. Это может быть как одно, так и несколько точно определенных лиц. Так, между участниками долевой собственности существует относительное правоотношение, поскольку субъектный состав данного правоотношения строго определен. В абсолютных же правоотношениях управомоченному лицу противостоит неопределенное число обязанных лиц. Например, в качестве обязанных в авторском правоотношении выступают все окружающие автора произведения лица.

Следует иметь в виду, что деление гражданских правоотношений на абсолютные и относительные носит в значительной степени условный характер, поскольку во многих гражданских правоотношениях сочетаются как абсолютные, так и относительные элементы. Так, арендное правоотношение носит относительный характер. Между тем право арендатора может быть нарушено и защищается от нарушений со стороны не только арендодателя, но и других окружающих арендатора лиц.

Значение разграничения абсолютных и относительных правоотношений состоит также и в том, что при нарушении абсолютного права меры защиты и ответственности могут быть применены к любому нарушителю, а при нарушении относительного права может отвечать только строго определенное лицо, обязанное своими действиями удовлетворять инте­ресы управомоченного. При этом в законодательстве формируется два самостоятельных блока гражданско-правовых мер защиты — один предназначенный для защиты абсолютных прав, другой — для защиты относительных прав.

Отмеченные различия между относительными и абсолютными правоотношениями были образно описаны В.К. Райхером. В своей работе «Абсолютные и относительные права», опубликованной в 1928 году в «Известиях экономического факультета Ленинградского политехнического института», выпуск 1 (ХХV), касаясь различий в связи управомоченных и обязанных субъектов в относительных и абсолютных правоотношениях, он писал: «Эта связь устанав­ливается либо по типу прямых проводов, протянутых между определенными точками пространства, либо по типу "беспроволочной" связи, соединяющей данную точку пространства с абсолютно определенным числом всех "прочих" точек. В первом случае (относительные правоотношения) правовая энергия струится лишь по данному проводу, хотя и рассеивается вместе с тем в окружающем пространстве (косвенное отраженное действие по адресу 3 лиц). Во втором случае (абсолютные правоотношения) право излучает энергию из одной точки волнообразно, непосред­ственно во все стороны социальной среды»[39].

Деление правовых отношений на абсолютные, относительные и общие (общерегулятивные) традиционно считается одной из основных классификаций в теории права.

Догматическая конструкция абсолютного правоотношения базируется на том обстоятельстве, что управомоченному субъекту противостоит неопределенно большой круг лиц, единственная пассивная обязанность любого из которых состоит в воздержании от нарушений абсолютного права. Активных обязанностей по отношению к управомоченному субъекту никто не имеет, своих интересов носитель абсолютного права достигает без стороннего посредства.

В литературе справедливо отмечается, что "деление гражданских правоотношений на абсолютные и относительные носит в значительной степени условный характер, поскольку во многих гражданских правоотношениях сочетаются как абсолютные, так и относительные элементы[40]". Например, таким сочетанием характеризуются права арендатора, доверительного управляющего и др. Действительно, это так, и, тем не менее, одним лишь сочетанием указанных элементов невозможно описать правовой режим многих имущественных прав, приобретающих квазивещный характер. Имущественное право (требование), всегда имеющее персонифицированного должника и вследствие этого реализуемое в норме через обязательственное (относительное) правоотношение, по каким-то причинам настолько приближается к вещному абсолютному праву, что и способы его осуществления и защиты приобретают соответствующие черты.

По мнению Р. З. Лившица, простая и четкая конструкция обязательственного правоотношения некогда хорошо охватывала разнообразные жизненные ситуации, однако "выяснилось, что далеко не все правоотношения сводятся к двусторонней связи с взаимно корреспондирующими правами - обязанностями. Взаимоотношения в области прав человека, в области так называемых абсолютных прав (например, право собственности), отношения граждан с органами власти и управления, процессуальные отношения и многие другие не укладывались в русло привычного двустороннего правоотношения. Была предпринята попытка разделить правоотношения на регулятивные (привычная модель прав - обязанностей) и охранительные (все остальные). Но ничего, кроме новых терминов, эта попытка не принесла. Да и само деление правоотношений вряд ли корректно: ясно, что каждое правоотношение несет в себе как регулятивные, так и охранительные элементы. Сплошь и рядом регулирование сводится именно к охране".

И далее следует вывод: "Общественная практика и опыт правового регулирования породили отношения с неопределенным кругом участников. Так, при использовании в качестве средства правового регулирования запрета это средство распространяется на неопределенный круг участников: Многие права человека в их регламентации охватывают неопределенный круг как управомоченных, так и обязанных лиц (все граждане имеют то или иное право, никто не может препятствовать осуществлению этого права[41]. В этих ситуациях механизм замкнутого правоотношения и теория элементарного правоотношения уже не могут быть использованы.

В этих случаях нужно говорить о реализации правовых норм не через правоотношения: Реализация норм через правоотношения и вне их - два самостоятельных равноценных пути применения права. Каждый из этих путей связан с определенными группами общественных отношений и с определенными правовыми средствами".

Обязательственные правоотношения по своей природе не способны охватить все многообразие регулируемых правом социальных отношений, значительная часть которых не может быть сведена к двусторонней связи персонально определенных субъектов со взаимно корреспондирующими правами и обязанностями. Но значит ли это, что какая-то группа общественных отношений с неопределенным кругом участников - это те самые абсолютные правоотношения, которые обычно по субъектной структуре и по характеру субъективного права противополагаются относительным (обязательственным) правоотношениям? Думаю, это не так.

Явление, именуемое "абсолютным правоотношением" и характеризуемое неопределенным кругом обязанных лиц, лишь в силу традиции именуется правоотношением и должно быть отнесено к способам непосредственного осуществления права, минуя правоотношения. Вряд ли диахроническая последовательность становления разных видов правовых отношений могла быть такой, как считает Р. З. Лившиц[42]. Обязательственные правоотношения исторически не могли предшествовать возникновению абсолютных прав, поскольку оборот материальных благ в любой обязательственно-правовой системе (динамика имущественных отношений) возможен лишь в той мере, в какой уже существуют правовые или иные (обычные, традиционные) средства закрепления тех или иных ценностей за конкретными субъектами - участниками оборота (статика имущественных отношений).

Представляется обоснованной позиция тех ученых, которые полагают, что в отличие от всеобщих прав и обязанностей специфика правоотношений состоит в том, что общий масштаб поведения, заключенный в норме права, в правовом отношении конкретизируется и по лицам, и по содержанию правомочий (юридических обязанностей) в зависимости от совершенно конкретных обстоятельств.

Прав был Л. С. Явич, писавший: "Структура правоотношений (связь между конкретными носителями прав и обязанностей) такова, что исключает возможность существования правовых отношений с неопределенным составом управомоченных и обязанных участников. Если употреблять традиционный термин, то любое правоотношение является относительным[43]". Приняв данное положение в качестве исходного, следует определиться, что же представляют собой "абсолютные" права и каков механизм их реализации, коль скоро их осуществление не требует использования юридической формы правоотношения.

По моему сущность таких прав состоит в установлении определенного рода правовой связи непосредственно между субъектом права и его объектом. В своем капитальном труде "Основные правовые системы современности" Рене Давид, рассматривая социалистическое право в типологии иных правовых систем, отметил: "Отказываясь от романских традиций, советские юристы исходят из того, что право всегда регулирует отношения между людьми; существование права, соединяющего лицо и вещь, собственника и объект собственности, трактуется ими как буржуазный подход". В дореволюционной российской цивилистической доктрине такая связь чаще всего признавалась и характеризовалась как господство лица над вещью.

Так, Д. И. Мейер, характеризуя предмет гражданско-правовой сделки, предъявлял к нему следующие требования: предмет сделки должен иметь юридическое значение и представлять собой некий имущественный интерес в плане юридического отношения человека к материальному миру, должен быть оборотоспособен, не противен законам и нравственности и должен допускать физическую возможность совершения действия, предмета сделки.

Практическое же значение разграничения гражданских правоотношений состоит в том, что право управомоченного лица в абсолютном правоотношении может быть нарушено любым лицом. Право же управомоченного лица в относительном правоотношении может быть нарушено со стороны строго определенных лиц, участвующих в данном правоотношении. Так, любое лицо, незаконно использующее произведение автора, нарушает принадлежащее ему право на данное произведение. Преимущественное же право покупки участника долевой собственности может быть нарушено только другим участником долевой собственности. В соответствии с этим право управомоченного лица в абсолютном правоотношении защищается от нарушений со стороны любого лица, а право управомоченного лица в относительном правоотношении защищается от нарушений со стороны строго определенных лиц.



Заключение

В заключении работы сделаю следующие выводы:

1. Неправомерные действия в гражданском праве — это действия, нарушающие предписания зако­нов, иных правовых актов, условия договоров или принципы права.

К числу неправомерных действий, порождающих гражданские правоотношения, можно отнести:

—  причинение вреда (ущерба) (так называемые деликты);      

—  нарушения договорных обязательств;

— действия, приведшие к неосновательному обогащению — приобретению или сбережению имущества правонарушителя за счет средств другого лица без достаточных оснований;

—  злоупотребление правом;

—  действия, совершенные в виде сделок, признанных недействи­тельными;

—  действия, нарушающие исключительные права авторов произведе­ний науки, литературы, искусства и владельцев патентов на изобре­тения, полезные модели и промышленные образцы;

—  действия, нарушающие исключительные права субъектов на товар­ные знаки и фирменные наименования и др.

2. При рассмотрении конкретных составов неправомерных гражданско-правовых действий, нетрудно было заметить, что все они порождают определенные обязательства – права и обязанности сторон этих обязательств. Некоторые из них – гражданско-правовые деликты - они влекут за собой появление, так называемых, внедоговорных обязательств, которые несколько отличаются от договорных обязательств.

Во-первых, внедоговорные обязательства отличаются от договорных по характеру имущественных отношений, лежащих в их основе. Для договорных обязательств характерно то, что они оформляют нормальный имущественный оборот, т.е. отношения, основанные на соглашении участников, на их свободном волеизъявлении, влекущем возникновение прав и обязанностей.

В отличие от этого внедоговорные обязательства опосредуют отношения, не характерные для нормального течения жизни, т.е. аномальные имущественные отношения. Наиболее ярким примером могут служить отношения, связанные с повреждением или уничтожением чужого имущества лицом, с которым собственник по поводу этого имущества не состоит в договорных отношениях.

Во-вторых, внедоговорные обязательства отличаются от договорных по основаниям их возникновения: они возникают не по воле, а преимущественно вопреки воле их участников, в силу юридических фактов, указанных в законе.

Но, в любом случае, за исключением прямо указанном в законе, неправомерные действия влекут за собой гражданско-правовую ответственность.

3. Классификация гражданских правоотношений преследует не толь­ко теоретические, но и практические цели, заключающиеся в правиль­ном уяснении прав и обязанностей сторон, определении круга право­вых норм, подлежащих применению в процессе возникновения, реализации и прекращения правоотношения.

В зависимости от структуры межсубъектной связи все гражданские правоотношения делятся на относительные и абсолютные.

Абсолютными называются такие правоотношения, в которых управомоченному лицу противостоит неопределенный круг обязанных субъектов.

Относительными называются гражданские правоотношения, в ко­торых управомоченному лицу (лицам) противостоит строго опреде­ленное обязанное лицо (лица).

Значение разграничения абсолютных и относительных правоотношений состоит также и в том, что при нарушении абсолютного права меры защиты и ответственности могут быть применены к любому нарушителю, а при нарушении относительного права может отвечать только строго определенное лицо, обязанное своими действиями удовлетворять инте­ресы управомоченного.


Список использованных источников и литературы

1. "КОНСТИТУЦИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"

(принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изм. от 25.03.2004)

2. ФЕДЕРАЛЬНЫЙ КОНСТИТУЦИОННЫЙ ЗАКОН от 21.07.1994 N 1-ФКЗ

"О КОНСТИТУЦИОННОМ СУДЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"

(ред. от 05.04.2005)

3. ФЕДЕРАЛЬНЫЙ КОНСТИТУЦИОННЫЙ ЗАКОН от 31.12.1996 N 1-ФКЗ

"О СУДЕБНОЙ СИСТЕМЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" (ред. от 05.04.2005)

4. "ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ЧАСТЬ ПЕРВАЯ)" от 30.11.1994 N 51-ФЗ (принят ГД ФС РФ 21.10.1994 ред. от 30.12.2004 с изм. и доп., вступившими в силу с 10.01.2005)

5. "ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ЧАСТЬ ВТОРАЯ)" от 26.01.1996 N 14-ФЗ (принят ГД ФС РФ 22.12.1995 ред. от 21.03.2005 с изм. и доп., вступившими в силу с 01.06.2005)

6. "ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ)" от 26.11.2001 N 146-ФЗ (принят ГД ФС РФ 01.11.2001 ред. от 02.12.2004)

7. "УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" от 13.06.1996 N 63-ФЗ (принят ГД ФС РФ 24.05.1996 ред. от 28.12.2004 (с изм. и доп., вступившими в силу с 30.01.2005)

8. "АРБИТРАЖНЫЙ ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" от 24.07.2002 N 95-ФЗ (принят ГД ФС РФ 14.06.2002 ред. от 31.03.2005)

9. Закон РФ от 23.09.1992 N 3520-1 «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» (ред. от 11.12.2002, с изм. от 24.12.2002).

10. "Патентный закон Российской Федерации" от 23.09.1992 N 3517-1

(ред. от 07.02.2003)

11. Закон РФ от 09.07.1993 N 5351-1 «Об авторском праве и смежных правах» (ред. от 20.07.2004)

12. Закон РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (ред. от 07.03.2005)

13. Постановление ЦИК СССР, СНК СССР от 22.06.1927

(ред. от 17.08.1927) "О введении в действие Положения о фирме"

14. Постановление Конституционного Суда РФ от 14 мая 1999 г.1 № 8-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 131 и части первой статьи 380 Тамо­женного кодекса РФ»

15. Постановление Пленумов ВС РФ и ВАС РФ №618 от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса РФ».

16. Комментарии части первой Гражданского кодекса Российской Федерации. /Под редакцией Новицкого П.Л. - М. -  2005 – 543с.

17. Архив районного суда г. Прохладного- 1996. Дело №1-1639.

18. Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996- №9. С. 6.

19. Комментарий к Гражданскому кодексу РФ. Под ред. проф. Т.Е. Абовой и А.Ю. Кабалкина - М.: Юрайт-Издат. -  2004. – 764с.

20. Андропов З.Г., Вердников В.Г. Гражданское право. Учебник. - М.: Высшая школа. - 2003. – 543с.

21. Базылев Б. Т. Юридическая ответственность. — Красноярск. -  1985. – 564с.

22. Басин Ю.Г., ДиденкоА.Г. Защита субъективных гражданских прав// Юриди­ческие науки. Вып. 1. Алма-Ата - 1971. – с.67-69.

23. Беляцкин С.А. Возмещение морального вреда. - М. -  2005. – 242с.

24. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Изд. 2-е. М. - 1999. – 564с.

25. Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность (Очерк теории). - М. - 1976.

26. Верзилина Т.А. Гражданское право. – М. – 2004. – 560с.

27. Внедоговорные обязательства. Защита гражданских прав. - М.: СГУ - 1998.  – 147с.

28. Грибанов В.П. Ответственность за нарушение гражданских прав и обязанностей // Осуществление и защита гражданских прав (Серия «Классика россий­ской цивилистики»). М. - 2000. – 127с.

29. Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав // Гриба­нов В.П. Осуществление и защита гражданских прав (Серия «Классика рос-зииской цивилистики»). М. - 2000. – 564с.

30. Залесский В.В. Гражданское право. Учебник. - Обязательственное право. - М.: МТК "Восточный экспресс". - 1998. – 563с.

31. Занковская С. В. Существенное заблуждение в сделке в советском гражданском праве: Автореф. канд. дис. М. - 1950. – 176с.

32. Илларионова Т.Н. Неправомерные действия в гражданском праве.  -  М. – 2004. - 464с.

33. Иоффе О. С. Советское гражданское право. М.: Юридическая литература. - 1967. – 543с.

34. Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. Л. - 2003. – 365с.

35. Каплин А.Г. Гражданское право России. - М. – 1999. -  543с.

36. Кодекс – INFO. информационный бюллетень текущего законодательства. № 9. - 2000г. 

37. Комаров А.С. Ответственность в коммерческом обороте. М. - 2001. – 345с.

38. Корнеев С.М. Гражданское право. - М. - 2004. – 654с.

39. Красавчиков О. А. Вред, причиняемый источником повышенной опасности. - М. - 2004. – 265с.

40. Куников Н.А. Гражданско-правовые сделки. Представительство. Общее учение об обязательстве. Способы обеспечения обязательств. – М. – 2005. – 543с.

41. Лившиц Р.З. – Классификация гражданских правоотношений. – М. – 1999. – 356с.

42. Малеин Н.С. Правонарушение: понятие, причины, ответственность. М. – 2003. – 564с.

43. Малеин Н.С. Современные проблемы юридической ответственности. //Государство и право. - 2004. - № 6. – с.56-58.

44. Малеина М.Н. Право индивида на телесную (физическую) неприкосновенность. / /Государство и право. - 2003. –№5. – с.45-49.

45. Матвеев Г.К. Основания гражданско-правовой ответственности. - М. - 1970. – 565с.

46. Мейер Д.И. Русское гражданское право. – Спб. - 1900. – 543с.

47. Новицкий И. Б. Гражданское право. Учебник – М. – 2003. – 431с.

48. Общая теория права и государства. / Под ред. Манова Г.Н. М.:—Издательство БЕК. – 2004. – 780с.

49. Радько Т. Н. Юридическая ответственность как общая форма реализации социальной функции права. – М. – 2004. – 564с.

50. Самощенко И. С. Санкции в гражданском праве. – М. – 2000. – 564с.

51. Слесарев В.Л. Объект и результат гражданского правонарушения. М. -  2003. – 564с.

52. Справочная правовая система «Консультант+»

53. Чечина Н. А. Гражданско-правовая ответственность и ее виды. – М. – 2002. – 674с.

54. «Час суда» телевизионная программа

55. Эрдлевский А.М. Компенсация морального вреда: анализ и комментарии законодательства и судебной практики. - М. - 2000.  – 178с.

56. Юридический энциклопедический словарь. - М. -  2004. – 307с.

57. Явич Л.С. – Правоотношения в теории права. – М. – 1987. – 473с.





[1] Верзилина Т.А. Гражданское право. – М. – 2004. –  с.56


2 Малеин Н.С. Современные проблемы юридической ответственности. //Государство и право. - 2004. - № 6. – с.58.


[3] Корнеев С.М. Гражданское право. - М. - 2004. – с. 261


[4] Илларионова Т.Н. Неправомерные действия в гражданском праве.  -  М. – 2004. - с. 20


[5] Комментарий к Гражданскому кодексу РФ.  Под ред. проф. Т.Е. Абовой и А.Ю. Кабалкина - М.: Юрайт-Издат. -  2004. – с.453

[6] Грибанов В.П. Ответственность за нарушение гражданских прав и обязан­ностей // Осуществление и защита гражданских прав (Серия «Классика россий­ской цивилистики»). М. - 2000. – с. 67


[7] Андропов З.Г., Вердников В.Г. Гражданское право. Учебник. - М.: Высшая школа. - 2003. – с.132


[8] Залесский В.В. Гражданское право. Учебник. - Обязательственное право. - М.: МТК "Восточный экспресс". - 1998. – с.344

[9] Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. Л. - 1973. – с.126


[10] Корнеев С.М. Гражданское право. - М. - 2004. – с. 342


[11] Красавчиков О. А. Вред, причиняемый источником повышенной опасности. - М. - 2004. – с. 232


[12] Красавчиков О. А. Вред, причиняемый источником повышенной опасности. - М. - 2004. – с. 200


[13] Радько Т. Н. Юридическая ответственность как общая форма реализации социальной функции права. – М. – 2004. – с. 342

[14] Слесарев В.Л. Объект и результат гражданского правонарушения. М. -  2003. – с. 342


[15] Конституция РФ от 1993г.


[16] Комментарий к Гражданскому кодексу РФ. Часть первая. Под ред. проф. Т.Е. Абовой и А.Ю. Кабалкина - М.: Юрайт-Издат. -  2004. – с. 432.

[17] Андропов З.Г., Вердников В.Г. Гражданское право. Учебник. - М.: Высшая школа. - 2003. – с. 345.

[18] Самощенко И. С. Санкции в гражданском праве. – М. – 2000. – с.16


[19] Постановление Пленумов ВС РФ и ВАС РФ №618 от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса РФ».

[20] Кодекс – INFO. информационный бюллетень текущего законодательства. № 9. - 2000. – с.7. 

[21] Кодекс – INFO. информационный бюллетень текущего законодательства. № 9. – 2000. – с.10


[22] Илларионова Т.Н. Неправомерные действия в гражданском праве.  -  М. – 2004. - с. 181

[23] Комаров А.С. Ответственность в коммерческом обороте. М. - 2001. – с.195


[24] Комментарий к Гражданскому кодексу РФ. Под ред. проф. Т.Е. Абовой и А.Ю. Кабалкина - М.: Юрайт-Издат. -  2004. – с.345.


[25] Грибанов В.П. Ответственность за нарушение гражданских прав и обязан­ностей // Осуществление и защита гражданских прав (Серия «Классика россий­ской цивилистики»). М. - 2000. – с. 45.


[26] Грибанов В.П. Ответственность за нарушение гражданских прав и обязан­ностей // Осуществление и защита гражданских прав (Серия «Классика россий­ской цивилистики»). М. - 2000. – с. 105


[27] Внедоговорные обязательства. Защита гражданских прав. - М.: СГУ - 1998.  – с.100


[28] Гражданский кодекс Российской Федерации от 1995 г. (части первая, вторая и третья) (с изменениями от 26 января, 20 февраля, 12 августа 1996 г., 24 октября 1997 г., 8 июля, 17 декабря 1999 г., 16 апреля, 15 мая, 26 ноября 2001 г., 21 марта, 14, 26 ноября 2002 г., 10 января, 26 марта, 11 ноября, 23 декабря 2003 г., 29 июня, 29 июля, 2 декабря 2004 г.)


[29] Архив районного суда г. Прохладного- 1996. Дело №1-1639.

[30] Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996- №9. С. 6.

[31] Андропов З.Г., Вердников В.Г. Гражданское право. Учебник. - М.: Высшая школа. - 2003. – с. 453


[32] Куников Н.А. Гражданско-правовые сделки. Представительство. Общее учение об обязательстве. Способы обеспечения обязательств. – М. – 2005. – с. 187

[33] Комментарий к Гражданскому кодексу РФ. / Под ред. проф. Т.Е. Абовой и А.Ю. Кабалкина - М.: Юрайт-Издат. -  2004. – с. 457

[34] Залесский В.В. Гражданское право. Учебник. - Обязательственное право. - М.: МТК "Восточный экспресс". - 1998. – с. 234.

[35] Кодекс – INFO. информационный бюллетень текущего законодательства. № 9. – 2000. – с.3


[36] Корнеев С.М. Гражданское право. - М. - 2004. – с. 239.


[37] Верзилина Т.А. Гражданское право. – М. – 2004. – с. 232


[38] Верзилина Т.А. Гражданское право. – М. – 2004. – с. 234


[39] Корнеев С.М. Гражданское право. - М. - 2004. –с. 550


[40] Грибанов В.П. Ответственность за нарушение гражданских прав и обязанностей // Осуществление и защита гражданских прав (Серия «Классика россий­ской цивилистики»). М. - 2000. –с. 115

[41] Грибанов В.П. Ответственность за нарушение гражданских прав и обязанностей // Осуществление и защита гражданских прав (Серия «Классика россий­ской цивилистики»). М. - 2000. – с.119

[42] Лившиц Р.З. – Классификация гражданских правоотношений. – М. – 1999. – с.193

[43] Явич Л.С. – Правоотношения в теории права. – М. – 1987. – с. 410